Мы все выступали на нём в качестве свидетелей, и это было очень тягостно. Да, мы всего лишь говорили правду, но слишком хорошо понимали, что эта правда скорее всего приведет Сэмюэля на виселицу. Впрочем, как мне показалось, сам он сожалел лишь о том, что его светлости удалось его изобличить, а отнюдь не о том, что стал убийцей своего отца."
"Суд проходил в Лондоне, и мы с Нэйтом несколько раз приезжали в столицу. В наш первый визит герцог был столь любезен, что пригласил нас на ужин и пытался всячески поддержать.
Но во время наших следующих приездов он держался уже куда более холодно и отстраненно. И я поняла, что мои предположения о том, что он испытывал ко мне какие-то чувства, были лишены всяких оснований.
Следовало признать, что в Кросби-холле он всего лишь выполнял свою работу. Да, он был мил со мной, но разве хоть когда-нибудь он давал мне повод надеяться на что-то большее? Конечно, нет!
Да и между нами было столь мало общего, что все мои мечты были столь же призрачными, как мечты Золушки о принце.
Он был одним из первых аристократов страны, а я — всего лишь провинциальной дворянкой, к тому же уже успевшей побывать замужем, что в глазах многих мужчин было отнюдь не самой лучшей характеристикой.
— Не правда ли, Кэтти, лорд Берроуз весьма приятный человек? — сказал Нэйт после того, как наш гость уехал.
Мне показалось, что у брата с плеч словно свалился большой груз. Первое знакомство с представителем местной знати состоялось, и теперь уже о нанесении визитов соседям и приглашении их на собственный прием Нэйт думал без прежнего содрогания.
— Думаю, ты согласишься со мной, Кэтти, что на наш прием мы должны пригласить и герцога Стенфорда? Мы многим обязаны ему. А ему самому, полагаю, будет приятно снова оказаться в Кросби-холле, где он так блестяще проявил свои способности.
Но в ответ на это я лишь грустно улыбнулась. Я была уверена, что герцог не захочет приехать в Кросби-холл.
Эпилог
Герцог Стенфорд
Суд признал Сэмюэля (на тот момент уже не Кросби, а Деррика) виновным в убийстве его отца и приговорил его к смертной казни через повешение.
Он получил по заслугам, но я был уверен, что к преступлению его привело во многом и то воспитание, что он получил от отца и бабушки. Для них титул, который на самом деле им не принадлежал, стал настолько важным, что они предпочли забыть обо всём том, что к этому титулу должно прилагаться — о справедливости, чести, достоинстве.
К этому делу у меня было весьма противоречивое отношение.
