Он сразу отнесся ко мне с предубеждением и разве было странно, что я ответила ему тем же? Но вот тот факт, что я поставила под сомнение его профессиональные качества, мне следовало пересмотреть в силу открывшегося только что обстоятельства.
— Весьма польщен, что вы читали мою книгу, — меж тем улыбнулся он. — Хотя, признаться, я нахожу такое чтение весьма странным для дамы.
Он улыбался, но только губами, потому что даже в царившем в коридоре полумраке мне был виден холод в его взгляде.
И мне стало не по себе от мысли, что он мог увязать мое увлечение такой литературой и недавнее убийство. Но даже если он так и подумал, то вслух этого не сказал.
— Ну а поскольку мы выяснили, миледи, что мне известны все существующие способы создать иллюзию закрытой изнутри двери, быть может, теперь вы поверите мне, что ни один из них не был использован в Кросби-холле?
Я судорожно кивнула. Я была слишком шокирована, чтобы возражать.
— В таком случае, — продолжил он, — давайте вернемся к тому вопросу, который я вам уже задал.
Как вы считаете, кто мог убить вашего мужа?
Мне потребовалось несколько секунд, чтобы перевести дыхание. Я совсем не хотела показывать ему своего волнения.
— У меня нет ответа на этот вопрос, ваша светлость. Я не могу бездоказательно кого-то обвинять.
Уголки его рта снова чуть дрогнули.
— А вы не думаете о том, что отсутствие доказательств не помешает им обвинить вас? Да, собственно, разве они уже не сделали этого за ужином?
Да, он был прав.
Но сейчас с его стороны это было чистой провокацией. Возможно, это было тот метод, который он предпочитал использовать в своих расследованиях. Натравить подозреваемых друг на друга и сделать выводы из того, что они друг про друга наговорят. Но я не хотела играть в эту игру, пусть даже Кросби и готовы принять в ней участие.
— Мне не известно, чем руководствовался Сэмюэль, когда выдвинул против меня такое обвинение, — ледяным тоном сказала я.
— Уверяю вас, я не желала Джейкобу зла.
— И тем не менее, у вас были веские причины его ненавидеть. Этого-то вы не станете отрицать? И вам была выгодна его кончина.
— Она была выгодна не только мне, — мне всё-таки пришлось огрызнуться. — Но это ничего не значит. Один мотив ничего не решает. Кому, как не вам, это знать?
Он охотно согласился:
— Да, вы правы. Помимо мотива, должна быть еще и возможность.
