— Как вы можете ее охарактеризовать, мистер Чандлер?
— Она была хорошей служанкой. Служила в Кросби-холле уже много лет — сначала посудомойкой, потом горничной. Она покидала поместье на пару лет, уезжала в город, надеясь найти там лучший заработок. Но потом вернулась сюда и дослужилась до личной горничной ее сиятельства. Была ответственной и исполнительной. У меня не было к ней никаких нареканий.
Обычная горничная. И всё-таки она была убита. Почему? Быть может, она знала что-то об убийстве лорда Кросби? Или сама была замешана в нём? Ответить на эти вопросы она уже не могла.
Но здесь был человек, который мог прояснить ситуацию. И я посмотрел на леди Кэтрин.
— Что вы делали в этой комнате ночью, миледи?
Канделябр с горящими свечами теперь стоял на тумбочке — довольно далеко от ее сиятельства. И всё-таки мне было видно, как после моего вопроса заполыхали ее щеки. И как она бросила беспомощный взгляд в сторону инспектора и дворецкого."
"— Я… мне нужно было поговорить с мисс Дженкинс. И клянусь вам, я не сделала ничего дурного.
— Вполне возможно, что это действительно так, — согласился я. — Но вы же понимаете, ваше сиятельство, что долг обязывает меня включить вас в число подозреваемых в убийстве этой женщины?
— В убийстве, ваша светлость? — охнул Чандлер. — Разве мисс Дженкинс была убита?
В этот момент с него спала вся привычная невозмутимость, а в глазах появился ужас.
— Несомненно, мистер Чандлер, — подтвердил Мэдисон, который как раз осматривал тело. Он посмотрел на меня, а когда я кивнул, дополнил свой ответ: — Она, должно быть, была убита примерно так же, как и ваш прежний хозяин.
Скорее всего, ее задушили подушкой. Более точно можно будет сказать, когда будет проведено вскрытие.
Дворецкий задрожал, а вот леди Кросби, кажется, не была удивлена таким поворотом дела. Впрочем, если она действительно интересовалась криминалистикой, то могла и сама заметить признаки насильственной смерти.
— И теперь, когда вы осознаете всю серьезность ситуации, миледи, я вынужден повторить свой вопрос — что вы делали в комнате мисс Дженкинс в столь поздний час?
Леди Кэтрин всхлипнула и, не выдержав напряжения, опустилась на стул.
Ей явно было что сказать, и, возможно, она будет более разговорчивой, когда мы снова останемся одни.
Но в любом случае церемониться с ней на этот раз я был не намерен.
— Простите, миледи, но я обязан отдать приказ о проведении обыска в вашей комнате, — сказал я и стойко выдержал ее на сей раз возмущенный взгляд.
