Леди из Уотерхолла (СИ)

Смотреть на Витора я не стала — на такой «подвиг» моей силы воли хватило бы. Иначе не выдержала бы и оказалась в его объятиях…

Вместо этого я повернулась к пунцовому от стыда или раздражения Алексису и спросила, старательно вживаясь в образ пораженной простушки.

— Рин, неужели это правда?!

— Как вы могли подумать такое обо мне, ринья?! — мгновенно встал в позу оскорбленной невинности Алексис. И хотя красные щеки все еще выдавали его истинные чувства, голос звучал практически твердо. — Как вы могли поверить этому…

Тихое предупреждающее рычание не позволило ему закончить фразу.

А ведь несомненно там были оскорбления. О как. А Витора он все же боится, пусть и делает вид, что это не так. Хотя о чем это я… У самой мурашки табуном по телу заскакали. Только уже по другой причине.

— Рин?! — повторила я едва ли не со слезами в голосе, старательно выводя Алексиса на признание. — Это правда?! Вы принесли мне такой букет?!

— Я не знал! — ну да, конечно. Не получилось напасть, значит, надо оправдываться незнанием.

 — Клянусь вам, ринья! У меня никогда и в мыслях не было ничего подобного! Я прикажу наказать тех нерадивых слуг, которые собирали этот букет!

— Дорисы и шарты продаются в специальных магических лавках в столице, — едко заметил Витор, все еще держась так, чтобы не попадать в поле моего зрения.

То есть все же не слуги собирали. И почему я не удивлена ни разу…

Глава 40

Алексис гордо вскинул голову и с видом оскорбленного в лучших чувствах человека молча вышел за дверь.

Букет, конечно же, остался в моих руках.

Я сдержала смешок. Идиоты. Два великовозрастных идиота. Один старается приворожить, другой тщательно пытается раскрыть мне глаза на это. И оба уверены, что поступают правильно, оба стараются унизить соперника.

И хоть бы один проговорился о своих настоящих намерениях. Но нет. Играют навязанные им роли и даже не пытаются думать о моих чувствах. Что ж, значит, и я не обязана думать о чувствах своих «кавалеров».

Я решительно повернулась в сторону Витора — теперь, когда Алексиса нет рядом, можно не беспокоиться, что я не сдержу чувств к этому оборотню.

Одежда все та же (он ее стирает вообще?!), на губах довольная ухмылка, в глазах ожидание. Ага, разбежалась я в твои объятия прыгать. Нужно будет — напьюсь успокоительного, чтобы желания тела обуздать.

— Доброе утро, рин, — вежливо поздоровалась я. Надо же, а голос ничуть не дрожит, хоть пальцы рук и подрагивают. Сказалась земная выучка.