С согласия других присутствующих здесь Преподобных Матерей мы прекратим твое наказание и дадим тебе новое назначение."
"Ксора просияла, но овладела собой и снова сделала лицо бесстрастным.
– Назначение в наложницы к виконту Туллу – это очень важное задание, и мы до сих пор раздумываем, кого удостоить этой чести. У нас есть для тебя другое поручение. – Харишка посмотрела на Рутин и Кордану, а потом снова перевела взгляд на Ксору. – Герцогу Каладана нужна новая наложница. Ты отправишься туда и заменишь Джессику.
Ксора вздрогнула от неожиданности, но сумела быстро взять себя в руки.
– Слушаю и повинуюсь, Верховная Мать, я сделаю это.
Улыбнулась даже Кордана, не говоря уже о других Преподобных Матерях. Рутин кивнула.
– Да, мне нравится эта идея. Мы пошлем герцогу Атрейдесу другую женщину, которая имеет склонность влюбляться.
Довольная уже тем, что ей даровали второй шанс, Ксора поклонилась, отчасти для того, чтобы скрыть широкую улыбку.
– Я долго думала о том, что делала не так.
Я подготовлюсь и снова докажу, что я на многое способна.
* * *Мне часто снится один и тот же кошмарный сон, в котором меня окружают безликие женщины. Одна из них прижимает к моей шее отравленную иглу и угрожает, что уколет меня, если я не сделаю то, что нужно. Я чувствую кожей холодную сталь, я не могу двигаться, зная, что единственный укол причинит мне смерть. Образ исчезает, и меня охватывает волна нестерпимой боли.
Граф Хасимир Фенринг; устный рассказ, записанный его женойГерцог Лето несказанно удивился, получив сообщение о неожиданных посетителях: о странной паре, ожидающей его в вестибюле замка.
То, что граф Хасимир Фенринг, не пожалев труда и времени, приехал на далекий Каладан, говорило Лето, что здесь не обошлось без коварной интриги, а герцог очень сомневался, что хочет в ней участвовать или подвергать опасности своих людей. Теперь он понимал, какие требования склонен предъявлять граф за услуги. Он не стал вредить лорду Лондину и не хотел больше иметь дело с политикой.
Одетый в безупречный, но не парадный мундир, Лето вошел в вестибюль, оставив в дверях Сафира Хавата и двух гвардейцев. Воин-ментат настоял на мерах безопасности, но он всегда заботился о защите семейства Атрейдесов. Лето, хотя и не опасался прямых враждебных действий графа – несмотря на репутацию этого человека, все же оставался начеку, ожидая очередного коварства.
По крайней мере, Пол находился далеко отсюда, и ему ничего не угрожало.
