Леди Малиновой пустоши

Приняла я и Лумина на проживание и службу и ни разу не пожалела впоследствии.

После того, как Нафантий с новенькими ушли, я обратила внимание на тихо сидящего в уголке кресла Кузю. Выглядел он серьезно и встревоженно, что для него очень необычно. Насторожились и я.

— Колись, Кузя, что опять случилось? Подрался с кем или кого ещё в овраге нашел?

Кузя вздохнул.

— Да лучше бы подрался… Ты же знаешь, я тогда подружился с брауни Мак-Коннея, мы иногда видимся. Вот он мне сегодня и рассказал, что хозяин разговаривал о тебе со своим помощником.

Их очень интересовало, откуда у тебя чай, соль, посуда дорогая… В общем, решили они послать сюда проверяющего. Что они там ещё решили, он не знает, позвали его, и он ушел. Вот меня и тревожит это. Мало ли, что они там ещё надумали…

Я тоже задумалась. Круги на воде расходятся все шире от моего вмешательства в течение жизни этого мира. Хорошо это или плохо и чем это может мне грозить — время покажет. А пока будем жить и через несколько дней едем на ярмарку.

Глава 50

А В ЭТО ВРЕМЯ В ПОМЕСТЬЕ ЛЭРДА МАК-КОННЕЯ.

Лэрд сидел в большом зале, где трапезничал и принимал посетителей да решал дела со своим помощником. Вот и сейчас он ним беседовал.

— Так ты уверен, что та посуда, про которую тебе доносили и другие диковинки, все это идёт от маленькой вдовы Мак-Фергюссона? Про чай я точно знаю, его привезли те солдаты, что к ней на службу поступили. Но про другое ничего не говорили.

Да и с чего бы там это все взялось? В поместье и мыши не прокормиться, ты же сам мне говорил! Из-за крайней бедноты и семейка Фергюссонов не забрала себе поместье, а это ещё те скупердяи. И я освободил ее от своего налога на два года, только в королевскую казну она будет платить. Думал я, что сбежит девка вместе с ребенком к себе в Британию, к отцу, а она тут обжилась… А ты наверняка знаешь?

— Да, мой лэрд, все так и было, как говорите, нищета, беднота, ещё и соседи там хорошо пограбили поместье без хозяев.

Откуда что взялось — я и сам не знаю. Но только все это — правда. Настоятель тамошнего прихода и монастыря пожаловался нашему епископу на скупость леди Мэри, мол, совсем мало жертвует на благо церкви, а сама вовсю торгует. И перечислил в послании к епископу все, чем леди Мэри торговала. Да и в некоторых домах Дамфриса стала появляться такая посуда, говорят, у кого-то перекупили за приличные деньги.