— Да-да, просто дурной сон.
Камеристка сложила руки на животе и сделала к кровати скромный шажок.
— Говорят, если рассказать о страшном сне, он не исполнится, — предложила, мучительно краснея от собственной смелости. — Вы можете рассказать, миледи. Я никому не скажу, можете во мне не сомневаться.
Диана невесело усмехнулась, представив, как откровенничает со Жнедой о своем более чем откровенном «кошмаре», и уверенно покачала головой.
— Нет, не нужно. Просто смени постель, пожалуйста.
Глаза служанки на мгновение удивленно округлились, а затем она быстро-быстро засеменила к окошку и подняла одеяло с пола.
Разрумянившись, прижала его к груди и посмотрела на Диану совершенно счастливыми, восторженно блестящими глазами.
— Это я мигом, госпожа, я сейчас! — выпалила на одном дыхании.
Диана озадаченно изогнула бровь, но Жнеда, так ничего и не пояснив, опять закивала и бросилась к двери. Сушить одеяло, что ли?
Все еще сидя на кровати, опершись на матрас ладонью, Ди проводила служанку взглядом, а потом еще несколько минут гипнотизировала дверь, перебирая в голове все, что только что сказала.
Неужели такая реакция на простое «пожалуйста»?
Однако, как она ни старалась, так и не смогла вспомнить ни одного случая, когда прежде при общении со Жнедой облекала свои слова в просьбу, а не в приказ.
Вот же черт.
***
— Ох, тетушка, леди Вальдис — такая шутница, — разливался соловьем за завтраком Себастиан, рассказывая об очередном визите к очередной же теткиной подруге. — Смешила меня несколько часов кряду!
Диана незаметно закатила глаза и уставилась в свою тарелку с десертом.
На жаре крем на пирожном потек, и аккуратная прежде роза, превратившись в склизкую массу, масляной кляксой сползла набок. Ди ковырнула покосившийся кусочек с краю и с отвращением отложила ложку — аппетита не было. А ведь она та еще любительница сладкого…
Леди Гарье сухо рассмеялась какой-то нелепой шутке своей подруги, не менее нелепо пересказанной ей племянником. Громко клацнули стрелки настенных часов. Над столом, назойливо жужжа, пролетела стрекоза.
А Диана вдруг поняла, что с нее хватит. Просто хватит. Если так продолжится и дальше, она просто сойдет с ума.
Она и так уже практически одержима управляющим поместьем. И общаться ей с ним нравится, и просто быть рядом, а уж целоваться... Да, боги, ей же даже трупы рассматривать легче, когда он рядом! Что дальше-то? Куда хуже?
— Кузина, ты меня слушаешь? — словно издалека донесся до нее голос Себастиана, и Диана вскинула на него глаза.
