— Берете?
Корт попытался всучить ей повод, но Диана и не подумала его брать, покачала головой и вновь с сомнением посмотрела на лошадь.
— А дамского седла что, не было?
Корт же воззрился на нее как на безумную.
— Так это ж...
— «Егошество» велело приготовить мужское? — подсказала Диана.
Судя по выражению лица мужчины, он не сразу понял, как она извратила привычное ему «вашество», которое местные часто использовали по отношению к управляющему поместьем. Потом до него наконец дошло, и он интенсивно закивал.
Ясно, мужское, значит.
Что ж, учитывая, что она специально купила брюки для удобства, это логично. Но, черт возьми, в последний раз Диана сидела в мужском седле лет десять назад…
— Брать будете? — повторил Корт, снова протянув ей повод.
А может, не надо?..
— Буду! — рявкнула Диана так, что мужик, вдвое шире и в полтора раза выше нее, побледнел и отшатнулся.
Боги, да их же тут правда лупят, чуть что не так. Как она могла забыть?
— Лошадь — брать буду, — сказала Ди мягче. — Повод пока подержите.
Кажется, Корт тайком смахнул пот со лба, но просьбу выполнил.
***
При свете дня деревня оказалась вовсе не такой уж зловещей. И стало понятно, что за ней ухаживают ничуть не меньше, чем за остальной территорией поместья: за те два дня, что Ди тут не было, дорогу здесь успели присыпать и разравнять, и теперь на ней не наблюдалось ни единой ямы или рытвины. А бревенчатые избушки, может, и не были раскрашены в яркие цвета, как примыкающие к усадьбе флигели, но все выглядели добротными и крепкими.
Заново привыкая к верховой езде, Диана так и не перешла с шага на рысь. Тем не менее Корт все время держался на полкорпуса позади нее. То ли для выражения почтения госпоже, то ли потому что доставшаяся ему старая кляча и без того еле перебирала ногами. Однако, стоило въехать в деревню, бородач распрямил плечи и, дав своей кобыле шенкеля, поравнялся с Ди.
— Неплохо тут у вас, — поделилась она впечатлениями, вспомнив, какие захолустья проезжала по дороге в Сливду. На их фоне это место и правда выглядело ухоженно и богато.
— Так-с стараемся, миледи, — откликнулся тот не без гордости и даже, кажется, разрумянился от похвалы. Впрочем, из-за густой растительности на его лице нельзя было сказать наверняка. — Хозяйка у нас строгая, никому не даст залениться.
— И щедрая? — прищурилась Диана.
— И щедрая! — с готовность закивал Корт, для верности приложив крупную пятерню к груди.
Ди усмехнулась и больше первой разговор не заводила — глазела по сторонам.
