Леди полуночи

Вы заслуживаете лучшего.

– Я в этом совсем не уверена, – со вздохом ответила Кейт.

– Капрал Торн! А вот и вы наконец.

Торн низко поклонился.

Леди Райклиф собственной персоной встретила его на пороге нового богатого особняка в Мейфэре.

– Будьте как дома. – Ее сияющее улыбкой лицо обрамляли выбившиеся из прически пряди цвета меди. – Рада видеть вас. Брам ждал вашего приезда. Теперь, когда привезли малышку, он опять живет в бабьем царстве.

С верхнего этажа донесся пронзительный детский вопль.

Леди Райклиф, наклонившись, стиснула переносицу пальцами, а когда снова подняла голову, на губах ее играла усмешка.

– Судя по всему, маленькая Виктория тоже жаждет поздороваться с вами.

– Я ее разбудил? – забеспокоился Торн.

– Нет-нет. Она не любит спать. – Леди Райклиф махнула рукой в сторону гостиной. – Не подождете ли Брама там? Мне очень жаль бросать вас в одиночестве, но прежняя нянька ушла от нас, а новую пока не наняли.

Она тут же исчезла, а Торн остался нелепо стоять посреди комнаты, оглядывая следы благородного беспорядка: несколько подушек было разбросано по полу и пахло… странно.

Ему с трудом верилось, что это дом лорда и леди Райклиф. Сам Райклиф родился и вырос в семье военного. Командовать для него было так же естественно, как дышать. Что же касается его жены… она была весьма предприимчива. В Спиндл-Коув.

Хоть слуги-то у них есть?

Словно услышав его мысли, кто-то громко гаркнул с порога:

– Господи! В доме настоящий бардак.

Тебе что, никто не предложил выпить?

Торн обернулся и, увидев направлявшегося к нему Райклифа, поклонился.

– Дома – просто Брам, – отбросил Райклиф церемонии, протягивая обе руки: левую – со стаканом бренди, правую – чтобы поздороваться. – Рад видеть тебя.

Торн бокал принял, но от рукопожатия уклонился: правая рука по-прежнему оставалась неподвижной, хотя чувствительность начала понемногу возвращаться.

Сделав глоток, он поднял глаза на Райклифа и отметил, что последние месяцы и новое отцовство значительно изменили его облик.

Одно было совершенно ясно – ему нужно срочно уволить своего камердинера: уже давно перевалило за полдень, а Брам был все еще в жилете и неглаженой сорочке. На взгляд Торна, выглядел он измотанным, но это была совершенно другая усталость, не та, что сопровождала его во время изнурительной военной кампании.

В комнату вернулась леди Райклиф с пронзительно вопящим ребенком на руках.