Леди полуночи

Господи, достаточно было одного взгляда на нее этим утром! На солнце ее волосы отливали корицей, в глазах вспыхивали золотистые искорки. Пока она поднималась по обрыву, ее стройная фигура была вся на виду. А родимое пятно в форме сердечка на виске… самое ужасное и самое прекрасное одновременно. Он вдруг с болью осознал, что она совсем не какое-то небесное создание, а женщина из плоти и крови, которую он держал в объятиях.

И ничего в ней не предназначалось ему, напомнил он себе: ни эти изящные локоны, ни без единого пятнышка перчатки, благодаря которым ее руки смотрелись белее морских звезд.

На ней было бледно-голубое платье, скорее из газа, чем из муслина, с низким прямоугольным вырезом, отделанным кружевом цвета слоновой кости. Ему не нужно смотреть на это кружево. Нужно смотреть на нее.

Он поднял глаза на ее лицо.

– Что-нибудь случилось? Вам нужна помощь?

– Все в порядке, кроме, пожалуй, Баджера, – никак не могу привыкнуть к его соседству.

– Значит, решили мне его вернуть?

– Ни в коем случае.

Я души в нем не чаю. – Кейт наклонилась и легко потрепала щенка по загривку. – Только как бы сделать, чтобы он не грыз вещи?

– Никак. Он для того и рожден – поймать небольшого зверька и разодрать.

Вместо ответа Торн вытащил из кармана пригоршню обрезков кроличьих шкурок, сунул один щенку, остальные передал Кейт.

– Давайте ему по одной штуке – этого хватит по меньшей мере на несколько дней.

– Когда эти закончатся, где можно купить еще?

– Понятия не имею. Я их не покупал.

Он представил, с каким отвращением она взглянула бы на эти обрезки, если бы знала, откуда они взялись, однако пока Кейт смотрела на него все так же – ласково, с улыбкой, как на щенка.

– Вы приготовили это заранее? Должно быть, Салли была права: вы высоко цените эту собаку.

Она сунула шкурки в карман.

– Салли Брайт много чего говорит. Что на сей раз?

– Ну, что вы заказывали этого щенка заводчику, чтобы получить потомство от собаки самой лучшей охотничьей породы, а еще – что такие щенки очень дорогие.

Капрал Торн, если все это правда, то я верну его вам. Главное – чтобы о нем заботились.

– Собака – моя, и я подарил ее вам. Вот все, что я могу сказать.

– Не понимаю, что ужасного в том, чтобы признаться, что испытываешь нежность к этому созданию? Я учительница музыки, как вы знаете, а музыка – это просто другой язык. Чтобы произнести незнакомую фразу, нужно много тренироваться. Попробуйте сказать: «Я люблю этого щенка».

Он не произнес ни слова.