Онлайн-библиотека книг
— Бель! — зашипел он.
— Я же для твоего блага, — пролепетала, мило улыбаясь.
За нашими спинами послышался странный шорох. Будто бумагой кто шуршит. Но обернувшись, я не заметила ровным счетом ничего. Пустой коридор, несколько кадок с цветами под картинами и собственно сами портреты. Вот с того, что висел прямо над нашими головами, взирал пухлый мужичок с голодным взором. Глядя на него сразу было понятно — любитель был хорошо поесть.
И художник это отлично видел. Ну хотя бы потому что рядом с ним на столе стояла тарелка с.
— Матеус, а тебе это изображение странным не кажется? — я задумчиво указала на толстячка с подозрительно жирными губами.
— А должна? — буркнул он не глядя.
Корского больше заботил его недоеденный пирожок. Раскрыв свой пакет, он осторожно засунул его туда и, прищурился, заглядывая внутрь.
— А где еще один? Их там три было, — недоуменно поинтересовался он.
— Что? — я обернулась.
— Пирожок, — Матеус подозрительно всмотрелся в мое лицо.
Я лишь пожала плечами. Словно как доказательство моей непричастности громко заурчал живот. Протяжно так, жалобно.
— Ага, слышу, что не ты, — быстро понял намеки моего организма брат. — Тогда кто?
Как-то не задумываясь, я перевела взгляд на портрет. Нет, не то чтобы я в чем-то хотела обвинить этого грузного мужчину, но просто уж слишком подозрительно он выглядел.
— Да это был я! И что? — прямо напротив меня высунулась голова призрака с уж больно знакомыми чертами лица.
— Так, — Корский схватил пакет и прижал к чистому сюртуку. — Куда пирожок дел, рожа профессорская?
— Матеус! — я подняла палец вверх, пытаясь его осадить.
Да мало ли какой нрав у этого прозрачного дядечки. Я еще умертвие хорошо помнила.
— А нет пирожка! — призрак с картины отобразился уже на полотне."
"Присмотревшись, заметила то, чего всего минуту там не было.
Моргнув я все не могла сообразить, а как так получилось. Разве такое возможно?
— Знаете ли, у меня пирожки не бесплатные! — Матеус явно зверел от происходящего. — Еда — это вообще для меня священно. Так что отрабатывай, пока я твой портрет куда-нибудь не упер под покровом ночи. На погост какой! В склеп на стену!
— Не надо, — вид мужчины на картине сделался серьезнее.
