Леди-самозванка в Драконьей Академии Магии (СИ)

Но не могла не признать, что в работе сыщика умение владеть стихийной магией бесценно. Поэтому качнула головой и призадумалась.Рассказ профессора Мюрай озадачил. Значит, не так уж и сильно привирал Корский, и призраки в подземелье могут быть. А уж кто, как ни они, знают в каком закутке тело молоденькой студентки припрятано. И нежить, выходит, тоже водится — мало ли кто там у некромантов в подсобках оставался.

Точно нужно туда идти! Хм... Но не одной. Прихвачу-ка Корского. Он лбина большая и сильная — за оружие против всего, что не живо, сгодиться.

Глава 26

— Чего? — вопль Корского разлетелся по коридорам академии.Эхо унесло его куда-то вниз по винтовой лестнице, украшенной столбами в виде резных горных козлов. В мужской части общежития Академии этих животных было особенно много. И на лепнине, и на картинах... Это наводило на мысль — архитектором козлиного безобразия все же была женщина... Хм...

— Не «чего», а что, Корский? — поправила его. — Ты идешь со мной в подземелье. Сейчас!

— Чего? — снова прогорланил он, вылупившись на такую красивую и умную меня.

— Сбрендила, мамзель?! А ну, иди в комнату и перечитывай лекции!

— Корский, — я хищно оглядела этого амбала в низко посаженных домашних штанах и с голым торсом. — Во-первых, к леди не пристало выходить в подобном виде. Ты должен был надеть рубашку. Во-вторых, или ты идешь со мной, или я ябедничаю папе!

— Это шантаж! — зарычал он. — И какая ты мне ледя? Леди по подземельям не шастают и на сыскарей не учатся. Так что не про твою честь мне в рубашки рядиться.

А если отцу напишешь, так и я следом письмецо отправлю и расскажу, куда тебя на ночь глядя потащило. В какие подземелья! Он меня еще и похвалит, что мозги на место вставил. А ну, кыш в комнату и за книжки взялась.

Я аж воздухом поперхнулась от возмущения. Да со мной никто никогда так не разговаривал. Ах, ты же... мужлан невоспитанный!

— Ты... — я выставила вперед указательный палец. — Да, ты... Или идешь со мной, или папа узнает, что ты отпустил меня одну. Вот это уже шантаж!

Не проняло, он лишь упрямо выдвинул вперед подбородок.

И этот его жест... Он был так знаком... Что-то кольнуло сердце.

Он вдруг кого-то напомнил. Кого-то забытого, но родного.

— Корский...

— А ну, молчать! — гаркнул он. — Или я сейчас, как возьму тапок, да как отхожу им по твоей аристократической заднице, что не может угомониться. Ты что забыла в подземельях, дурная?

— Корс, — раздался девичий голосок за неплотно прикрытыми дверями в мужскую комнату.