Мужчина, в пальто, застегнутом на все пуговицы, с надменным выражением лица, но в дешевой грязной обуви и дырявых перчатках, которые он пытается прикрыть, держа перед собой лист с какими-то вензелями.
- Графиня Бонвилл, я полагаю? – цедит он.
- Да, это я. С кем имею честь?
- Судебный пристав, господин Рюм.
- Очень приятно. Чему обязана?
- Вручаю вам судебное предписание, будьте добры, ознакомьтесь, поставьте подпись и собирайтесь на выход.
- В каком смысле на выход? – оторопело переспрашиваю. – Это, верно какая-то ошибка.
- Никакой ошибки, графиня, - с явным удовольствием говорит пристав. – Месяц назад был суд по делу о долгах графа Бонвилла. Он проигнорировал повестку, не явился, и дело было решено без него. Тогда был вынесен вердикт, с которым вы можете ознакомиться в данном судебном предписании. Все движимое и недвижимое имущество семьи Бонвилл конфисковано за долги. Вам был дан месяц на сборы и поиск подходящего места проживания, которым, как я понимаю, вы не воспользовались.
А посему, будьте добры, освободите дом в течение часа. Можете взять немного личных вещей, но будьте готовы к тому, что констебли осмотрят ваши чемоданы, если заподозрят, что вы хотите вынести хоть что-то, что поможет погасить воистину огромный долг вашей семьи перед нашим городом и императорской короной.
- Как в течение часа? – чувствую, как горло сжимается от паники. – У меня трое детей! Как я успею их всех собрать? Пожалуйста, дайте время хотя бы до завтра, прошу вас, проявите милосердие к женщине и детям.
Складываю руки в умоляющем жесте. Пристав бросает на меня пренебрежительный взгляд и презрительно кривит губы.
- Я не вижу здесь женщину и детей, я вижу только государственных преступников.
- Господин, прошу, - добавляю в голос еще больше умоляющих ноток. Мне очень нужно время, чтобы сообразить, что делать. Я не могу сейчас оказаться с детьми на улице. Куда мы пойдем?!
- Ну разве что… - пристав бросает на меня масляный взгляд, - а где у вас тут гостиная?
- Пройдемте, я покажу, - пропускаю мужчину вперед, наивно полагая, что мы сейчас обо всем договоримся.
Да уж, Ольга Петровна, давно ты была молодой и красивой, забыла, что можешь внушать не только почтение.
Глава 3
- Вот сюда, - указываю рукой, в какую комнату заходить, искренне надеясь, что там не такой же бардак, как в других комнатах.
Увы, тут еще хуже. Мы заходим, и первое, что бросается в глаза – это горы пыли. На полу, на мебели, на рояле.
