Леди-стажёрка

Аманда не ответила ему, продолжая перебирать оставшиеся не разобранными папки с документами. Мыслями она была далеко, говорить ни с кем не хотела. Детектив настаивать не стал. Постоял немного и ушёл.

А вскоре позвонил друг Аманды из столицы.

– Записывай, – велел он, – нашёл всё, что ты просила. Побыстрее, Ами, времени совсем нет.

И с удивлением уставилась на новую информацию. Оказалось, что владельцем магобиля числился некий граф Филтон. И проживал он в городке, о котором Аманда слышала всего несколько раз. Леди сверилась с картой и, посчитав в уме расстояние до новой цели, поняла – за день не управится.

– Придётся добираться на поезде, – пробормотала она задумчиво. – Если выехать сегодня в ночь, то утром буду на месте. И смогу навести справки о графе Филтоне. Возможно, тогда что-то пойму.

– Что вы там бормочете? – раздался сзади голос детектива Роуэна.

Аманда поморщилась от ненужного внимания начальника. Ещё недавно он не показывался перед ней, предпочитая вызывать только по острой необходимости, и вдруг начал искать встреч и пытаться заговорить.

– Кажется, я заболела, – сказала Аманда, грустно вздохнув.

– Вот как? – Детектив не сводил с неё проницательного взгляда. – И в чём выражается болезнь?

– Упадок сил, головная боль, тяжесть в груди, – принялась послушно перечислять Аманда. Она говорила ровно то, что он хотел услышать.

– Понимаю, – детектив кивнул, – тогда тебе лучше уехать пораньше и отдохнуть.

– И завтра тоже, – поддакнула Аманда.

– Ну, раз чувствуете… Хорошо. Поправляйся, леди. Езжай, отдыхай.

– Благодарю вас, – она всё же опустила взгляд.

Аманда не чувствовала себя лгуньей. Она не соврала ни слова из сказанного. Леди Уорринсторн действительно переживала из-за обмана капитана. Теперь девушка была уверена, что именно дядя попросил Лейблара присмотреть за нерадивой племянницей. И, казалось бы, он не виноват перед ней ни в чём. Просто умолчал о причинах своего интереса, но… тяжесть в груди сохранялась.

– Найму тебе экипаж, леди, – неожиданно предложил детектив Роуэн. – Одевайся пока.

Аманда кивнула. Она поняла, что, должно быть, выглядела даже хуже, чем чувствовала себя. И от того немного разозлилась. На себя. Ей не нравилось состояние, в котором она не могла себя контролировать, не нравилось поддаваться хандре.

– В конце концов, у меня есть дело.