Леди-вамп

Купальный костюм, который она купила, состоял из двух лоскутков черного, топа без бретелек и крошечных трусиков. Жанна Луиза натянула их и критически посмотрела в зеркало. Встречаясь со смертными, она брила интимные зоны. Она побрилась во время ванны перед уходом на работу в четверг вечером. Был субботний день, и по какой-то причине ее волосы, казалось, росли быстро. А может, все женщины бреются через день. Ее ноги выглядели нормально, но, проведя по ним рукой, она обнаружила щетину.

Найдя бритву и лезвия, которые она купила в городе, Жанна Луиза отнесла их в ванную комнату и пустила воду в раковину, затем нашла тряпку и кусок мыла.

Это было нелегко, и Жанна Луиза пару раз обнаружила, что неловко прыгает вокруг, но закончила свою работу, проверяя свои ноги на гладкость.

— Джини? — В дверь постучали, и послышался голос Пола.

— Да? — спросила она, выпрямляясь и вглядываясь в деревянную панель.

— Мы с Ливи идем к воде. Я возьму зонтик и установлю его. Пляжные полотенца тоже. Возьми себе выпить и выходи, когда будешь готова присоединиться к нам.

— Хорошо, — сказала Жанна Луиза и подняла руки, чтобы проверить щетину под мышками. Ей нужно было еще немного побриться.

— Джини! Смотри! Я умею плавать! — Завизжала Ливи, бешено гребя перед Полом и рядом с Бумером. Эти слова заставили его переключить внимание с дочери на Жанну Луизу, которая вышла из коттеджа и поспешила к зонтику. Он стоял под самым большим деревом на краю лужайки между домом и пляжем. Там же он расстелил одно из полотенец для нее, и она опустилась на него, улыбаясь Ливи.

— Хорошая девочка! — она называется. — Молодец!

— Разве ты не пойдешь купаться? — спросила Ливи, бросив грести, чтобы поплавать в воде с нарукавниками.

— Обязательно, — заверила ее Жанна Луиза и добавила: — Позже, когда будет не так солнечно. Моя кожа не любит солнце. Я должна оставаться в тени, пока оно не уйдет.

— О'кей, — радостно сказала Ливи, и повернулась к отцу, Бумер следовал за ней попятам.

Пол заметил, что дочь направляется к нему, но пока не смотрел в ее сторону.

Он не мог оторвать глаз от Жанны Луизы. Кожа женщины была из белого мрамора и, очевидно, никогда не подвергалась воздействию солнца. И фигура у нее была идеальная. Не тростинка, совершенно лишенная жира, столь популярная в современной культуре, но округлая и пышная там, где она должна быть. У нее действительно были бедра, и ее груди, он знал, были настоящими, а не купленными и засунутыми под кожу каким-то парнем в хирургической маске.