Она постоянно прикасалась к нему. Лапала грязными ручищами моего мужчину! Мерзкая сушеная вобла! Даже я себе такого позволить не могла. А она целенаправленно поправляла свою кобылку, чтобы расстояние между ней и графом оставалось минимальным. Жестикулируя при разговоре, де Морбэ специально задевала Рауля рукой.
Кокетничала. Жеманничала. И спускала куртку со своих костлявых плеч. Завлекала сомнительными прелестями.
Я даже на отдалении понимала это!
А он... Рауль не делал ничего, чтобы поставить её на место. Кивал и вел себя так снисходительно, будто полагал, что так всё и должно быть.
Как же я была сейчас зла, как же ревновала!
С ума сходила от собственных мыслей и страхов.
Вот как всё это понимать!
«Не кобель он... Не кобель...» — вспомнила я слова прислуги с кухни.
Конечно, не кобель. Кобелище!
Это он, получается, и со мной крутил, и с герцогиней?
Или он с ней серьезно, а я... А меня просто с дороги убрать.Как когда-то матушку мою, потому как этому треклятому Лодосу нужен наследник! Принц жениться не желает на той, на которую указал папенька, так они принялись устранять неугодных.
Дункан ведь и на Рикае, тогда во время танцев, на репетиции смотрел. Ей, выходит, «фермера», а мною сам Рауль занялся...
Ревность строила всё новые и новые предположения. Я умом понимала — как-то перегибаю со своими домыслами, но мне было так обидно, так...
Слушать доводы разума, в общем, была совсем не готова.Вот взять, и назло лорду дознавателю за принца замуж выйти! Чтобы знал! Чтобы потом бегал и сокрушался, что такую замечательную меня потерял.
А я буду сидеть на троне и всем своим видом показывать, как его счастье было близко!
Пусть кусает локти. Изменщик!
И стоило этой мысли потухнуть в голове, как парочка завернула в высокие заросли. Их лошади быстро скрылись из виду. А у меня аж перед глазами потемнело. Что они там делать собрались? В кустах? Одни!Я должна была это знать!
Просто обязана!
В заросли да без меня? Нет уж! Я всё узнаю, выведу всех на чистую воду!
Пока пыталась унять находившееся в бешеном ритме сердце, лошадь уже несла меня к тому месту.
Немного потоптавшись на дороге, легко различила звериную тропу.
И ведь понимала, что неприлично. Что ничего хорошего там для себя не увижу и не узнаю. Что беречь нужно собственную ранимую душу, тем более — нет будущего у лорда Королевского главного дознавателя и дочери Ночного короля, пусть и некогда он был виконтом Лодоса.
Умом-то понимала, а сердце пташкой трепыхалось.
