— Отвернитесь.
Я выразительно посмотрела на бессовестного волка.
— Я мог бы заменить вам камеристку, — протянул Лукас, и усмехнулся.
— Как-нибудь обойдусь.
— Зря. Давайте хотя бы со шнуровкой помогу.
Хольм поднялся и сделал шаг в мою сторону.
— Сядьте на место! — рявкнула я, уставившись в наглые волчьи глаза.
— О, наша леди боится не справиться с искушением?
В желтой глубине мелькнули красноватые отблески, и я вдруг поняла, что Хольм специально провоцирует меня, чтобы я не думала о недавних событиях. В душе шевельнулась благодарность.
А ведь на какое-то время я действительно забыла о покушении.
— Что ж, раз уж вы так рветесь помочь, может, расстегнете застежку?
Я демонстративно повернулась спиной, выставляя на обзор длинный ряд мелких пуговиц. Да, в эту игру можно было играть вдвоем.
— Ничего сложного, — усмехнулся Хольм.
Он мгновенно оказался рядом, горячие руки легли на плечи, и все внутри отозвалось на это прикосновение, и мне вдруг нестерпимо захотелось податься назад, прижаться к оборотню, почувствовать себя живой.
Дыхание Лукаса потяжелело. Его пальцы медленно, одну за другой, расстегивали пуговицы, а мне казалось, что я ощущаю эти прикосновения всем телом. Петелька за петелькой расходились в стороны, обнажая спину, и с каждой из них меня все сильнее тянуло повернуться к Хольму, зарыться руками в его волосы, раствориться в сумасшедшем поцелуе…"
"«Это просто стресс. Выброс адреналина. Желание почувствовать себя живой. Базовые инстинкты», — трезво перечислил внутренний голос.
Я понимала, что так и есть, но желание, кружащее между мной и Хольмом, стало только сильнее.
— Пойду принесу дров, — хрипло произнес Лукас и отстранился.
Я видела, что оборотень тоже с трудом себя контролирует, и в душе проснулась надежда. Выходит, не так уж он меня и ненавидит. И равнодушием тут и не пахнет.
Лукас тихо пробормотал проклятие и выскочил за дверь, а я опустилась на топчан и уставилась на захлопнувшуюся дверь. В крови все еще бурлил адреналин, но мне не хотелось думать ни о покушении, ни о том, что делать дальше, ни о неясном будущем.
Все мои мысли занимал Хольм.
***
Ночь наступила внезапно. Небо резко потемнело, в окно потянуло холодной сыростью, лес за стенами дома настороженно затих.
Мы с Лукасом успели поужинать припасенной едой, и, пока я убирала со стола, он достал из сундука несколько шкур, одну кинул на пол, две бросил на топчан, и сказал:
— Ложитесь, миледи, вам нужно отдохнуть.
Голос Хольма прозвучал глухо.
