Ледяное озеро

— А кто-нибудь владеет этим островом? — спросил Майкл, когда Сеси, сделав вираж, пустилась в объезд большого куска суши.

— Значит, и пристань тоже принадлежит ему. Может, воспользуемся этим обстоятельством, посидим на мостках и выкурим по сигарете?

— Мы закоченеем! — предостерегла Сеси. — Вместо нас обнаружат два жалких куска льда.

— За такое короткое время — нет.

— Помню. Но вы сейчас на свежем воздухе, поблизости нет ни предполагаемого пациента, ни старшего врача. Позвольте вам помочь.

Прежде чем Сеси успела возразить, Майкл взял ее обеими руками за талию и, приподняв, усадил на деревянный причал, более высокий, чем тот, что располагался у отеля.

— Что с вами? — спросил он, участливо глядя на Сеси. — Беспокоитесь об Урсуле?

— Можете не отвечать, если не желаете.

— Вы не из болтливых и, мне кажется, не станете сплетничать.

Майкл дипломатично молчал. Он не хотел, чтобы ему доверяли секреты, но сознавал, что Сеси что-то гнетет, и был тронут ее намерением довериться ему.

— В моей работе привыкаешь держать язык за зубами, — обронил он.

Сеси одарила его улыбкой.

— Разумеется. Хотя это скорее семейный секрет, чем государственный. Сегодня утром мне звонила Аликс. После того как мы вчера уехали, они с Эдвином просматривали какие-то старые бумаги — не спрашивайте меня зачем — и кое-что выяснили по поводу смерти своей матери.

— Она ведь, кажется, умерла в Америке? В дорожной аварии, вместе с дочерью.

— А, вот в этом-то все и дело. Как выяснилось, Хелена Ричардсон умерла до рождения малышки. Это был ребенок Изабел, а не ее.

Затягиваясь сигаретой, Майкл обдумывал услышанное.

— То есть настоящей матерью являлась Изабел, а Хелене предстояло сыграть роль официальной?

— Сколько лет было Изабел?

— Пятнадцатый год, когда она родила Утрату. Четырнадцать ей исполнилось за девять месяцев до рождения дочери. Девочка была зачата примерно в это время года, на Рождество.

— Четырнадцать лет! Боже милостивый! Кто же отец?

— Неизвестно. — Сеси обвела взглядом вершины гор. — Сегодня горы будто нависают над нами. Словно надвигаются. Грозные и зловещие.

Майкл соскочил с мостков и теперь стоял на коньках, упершись одной рукой о бревна. В другой он по-прежнему держал сигарету.

— Пойдемте, — сказал он. — Найдем ту шапку с шарфом. И еще санки, да?

Сеси соскользнула на лед, присоединяясь к нему.