Ледяной клад

Спросите: что красивого в самой работе? Точность и экономность. В каждом движении человека. В лишней, ненужной либо неправильной работе какая же красота?

- Ну, отдельные моменты могут быть и в "лишней" и в ненужной работе красивыми, - вмешалась Баженова. - Тут у вас получается не очень доказательно.

- Почему не доказательно? - закричал Максим, расходясь теперь все больше и больше и лепя пельмени совсем уже как попало. - Почему не доказательно? Тогда я вам такой пример. Говорят: у человека, к примеру, нос или глаза красивые.

Если по-вашему сказать - "отдельные моменты". Да? Ну, вот. Это же неправильно! Они красивыми могут быть только при человеке и вместе с ним составлять вообще всю его красоту. Отрежь самый превосходный нос или вытащи самые замечательные глаза и положи их отдельно... ну, хоть вот рядом с этими пельменями, кто скажет - красивые?

Он первый раскатисто захохотал, а за ним засмеялись и Баженова с Феней. Не столько дивясь неожиданному сравнению Максима, сколько ответно той наивной радости, с какою он, явно удовлетворенный, завершил свои выводы.

Трясясь от мелкого смеха, Феня тыкала вилкой с мясом прямо в сочни и прокалывала их насквозь. Ну и забавный все-таки этот Максим! Он, пожалуй, вовсе не глупый, но... словом, такой... чего-то у него вроде бы не хватает. Мужской жесткости, что ли? Щеки толстые, волосы белые, мягкие... Нет, конечно, не это, хотя такие щеки и волосы тоже не очень подходят мужчинам. Повязала его Мария женским фартуком - и словно бы всегда он его и носил. Но - и не это, все же еще не это.

Силы, весу в словах его нет! Не вколачивает он их, как гвозди! Скажет, будто и не говорил, не последит даже, как его слово сработало. Выпустил, и ладно - полетело.

А разве может быть человеку безразлично, как работают его слова? Попадают в цель, пробиваются сквозь любые толщи или, как мячики резиновые, отскакивают?

Но говорил он в общем, пожалуй, правильно. Тут есть над чем подумать и ей.

- Вы еще упоминали, Фенечка, что один по-настоящему красиво работает, а на другого тошно посмотреть, - между тем, отсмеявшись, заговорил Максим.

 - А это ведь такая разница, по-моему, только когда со стороны смотреть. Это кажется только тому, кто смотрит. А кто работает, тот каждый свою красоту в труде найдет обязательно. Потому что для самого человека, который работает, не может быть труд не красивым! Это же все равно, что есть без аппетита. Насильно.

- Едят, - шутливо вставила Баженова. - Едят без аппетита. И даже без потребности в пище.