Ледяной клад

Игра с чертом! Угадай, в правой или в левой у него мильён восемьсот? В правой или в левой пятьсот? Цифры точные. Ночь всю просидел сегодня, считал. Мильён восемьсот - лес. Пятьсот - цена твоей второй резолюции. Во, кросворт! А разгадка находится, есть.

Косованов поднялся, обнял бухгалтера за плечи, отвел немного в сторону.

- Слушай, Петрович, ты не дразни. Какая разгадка? Действительно есть? Читаут каждый час может взломаться, медлить нельзя.

- Разгадка простая. Два ящика динамиту. На случай.

Самый необыкновенный. В конец острова. Против косы. Черт на косу сядет - ему под зад динамит этот. Пусть в рай летит. Просидит черт до конца на "Семи братьях" - стащить обратно ящики в склад. Четыре семьдесят - расценка за работу. По норме. Плюс пятьдесят процентов за опасность. Итого - семь рублей пять копеек. Хорошо отгадывается? Кросворт! А?

- Да-а? - в страхе округляя глаза, спросил Косованов. - И что же, ящики эти...

- Случится беда - на затор и накинуть.

А как? Не на берегу рвать. Зря только стекла в окошках высадишь. Опять же самолетов нету, чтобы пробомбить сверху. Путь один. Пробежка понизу, туды, обратно - десять минут. Молодому. Если наготове все. А затор, он и по полчаса, даже более, держится.

- Вася! Ты же знаешь - нельзя! - белыми губами сказал Косованов, оглядываясь на Цагеридзе. - Вася, выкинь это, начисто выкинь из головы! Нельзя рисковать человеческой жизнью даже ради любых миллионов. Говоришь, затор и по полчаса держится.

Правильно! А что, не рушится он разве и через пять минут? И через две минуты? Никак не определишь - когда. И не по асфальту на середину реки бежать, а по торосам сыпучим карабкаться. Да с динамитом в руках. Шутка! Нет, нет, и думать об этом даже нельзя!

- На лямках мягких. За спиной. Ничего. Бикфордов поджигать пучком, не одной спичкой - на холеру спички жалеть? Минуты, время... По торосам сообразить можно. Как, формой какой настановит их. Ну, не без рыску, понятно.

Смотри. Думай. Тоже начальство. Только зиму всю во льду колупаться, а черта не предусмотреть: как? - ежели явится. Тут уже я молчать не могу. Соображай. Дело хозяйское, - он отвел руку Косованова. - Пусти. В тарелке у меня мясо еще не доеденное.

Он подошел к столу, вытащил из кармана ватных штанов поллитровку, вышиб пробку и разлил вино поровну в пять стаканов. Поднял свой, приглашая всех чокнуться. Наступило замешательство.