Ледяное проклятье

 — Слишком много проклятый шурд!

— У поселения еще есть шанс, — сказал я. — Судя по всему, осада только началась, сильного пожара я пока не вижу. Остров окружен водой, там должны быть надежные укрытия для женщин и детей. И самое главное — на острове находится боевой маг. Сомневаюсь, что он позволит гоблинам беспрепятственно доплыть до поселения. Если что — он же и потушит начавшиеся пожары. Ведь как-то они выживали все эти годы. Не думаю, что шурды появились здесь первый раз. Наверняка уже пытались.

— Думаете, справятся? — с сомнением спросил Лени.

— Если на остров не попадут сгархи — почти наверняка, — уверенно сказал я. — Если, конечно, маг еще не…"

"Закончить фразу я не успел — над рекой раздался оглушительный треск, на моих глазах лед у береговой кромки вспучился горбом, пошел трещинами и лопнул. Во все стороны разлетелись куски льда, поражая и калеча беспорядочно заметавшихся шурдов. А затем на берег накатилась волна темной пенящейся воды, докатившись до осадных машин. Метатели вздрогнули под натиском воды, накренились, но все же устояли, а вал ледяной воды уже неохотно сползал обратно в реку, унося с собой барахтающихся гоблинов, мертвяков и приготовленные для строительства плотов бревна.

Один из взведенных метателей сработал, но прицел был сбит, и слепленный из мертвяков шар упал в стороне от острова, угодив в воду и мгновенно утонув. Не успевшая стечь с пологого берега вода мгновенно застыла, обратившись в сверкающий лед. Парочка шурдов не удержалась на разъезжающихся ногах и, рухнув наземь, заскользила к реке, где у самой кромки вырастали острые ледяные копья, угрожающе наклоненные к берегу. На них-то скатившихся шурдов и накололо, пронзив их тщедушные тела насквозь. Одного сразу насмерть, а второй, менее удачливый, задергался и пронзительно завизжал, корчась на ледяных остриях и истекая неожиданно яркой на белом фоне кровью. Еще с десяток или больше не успевших отбежать гоблинов оказались смыты волной в реку, но пересчитать я их не успел — одна за другой головы с раззявленными в крике ртами исчезли в водной пучине. Словно кто-то утянул их на дно. Взбаламученная вода медленно успокоилась, речная поверхность вновь выровнялась, будто ничего и не было. Все затихло, лишь пронзенный ледяными шипами гоблин продолжал верещать, корчась в подступающей агонии.

— …еще не умер… — закончил я начатую фразу, ошарашенно таращась на учиненную разруху в стане врага. — Нет, не умер еще старичок.