Ледяное проклятье

Как ты не заметил этого Фирака, что вовсю баламутил народ? Дай угадаю — ты дал новоприбывшим возможность поселиться вместе, в одном углу пещеры? Правильно? Обособленно от остальных?

— Верно, господин. Они сами так попросили: мы в кубрике, мол, никого не знаем, разрешите наши гамаки отдельно повесить. Я и разрешил."

"— И дал Фираку возможность говорить все, что взбредет ему в голову, — подытожил я. — Вот это ошибка! Всех их надо было разбросать между нашими людьми! Да наказать, чтобы ухо востро держали, прислушивались первое время к их разговорам и старались подружиться! А что получилось? Нет, Рикар, тебя словно подменили! Как ты мог так опростоволоситься?

— Да потому что голова моя не на месте была! — неожиданно зло буркнул Рикар и вперил в меня гневный взгляд.

 — В поселение вернулись, а вас нет! Ушли незнамо куда! Вот, значит, почему вы меня к Стене отправили! Чтобы не мог остановить вас, да? На смерть ушли, а Рикар пусть еще поживет, да? Так решили?! А меня вы спросили, господин, хочу ли я такой жизни?! Как вернулся в поселение, так все вас ждал, ни о чем другом думать не мог. И уж все сроки вышли! Древин все талдычит, хрыч старый: они всего на две недели ушли, всего на две недели ушли, вот-вот вернутся. Мы с Литасом все окрестности на лыжах исходили, в каждый овраг заглядывали, к каждому следу присматривались, каждый сугроб раскапывали! Уже не живых, так хотя бы мертвых найти! Будь моя голова на месте, то плевать бы я хотел, вместе эти пираты недоделанные живут или порознь! Вмиг бы неладное почувствовал, да каждому бы пятому глотку перерезал от уха до уха! Эти молокососы еще за маменькин подол держались да первые шаги делали, когда я уже в наемниках ходил и с три десятка зарубок на топорище сделал — по счету убитых этим самым топором!

— И сказать-то нечего.

Не забывай, Рикар, — на пути к Стене и обратно ты мог сто раз погибнуть. Хорошо, что обошлось. Я вообще-то ожидал оправданий — простите, мол, не доглядел. Но никак не ожидал, что во всем обвинят меня.

— Не доглядел я, — буркнул выговорившийся здоровяк. — И вина моя… Господин, вы правда с самим Тарисом разговаривали, а потом его гробницу в воду ухнули? А то эта парочка склирсов болтливых еще и не того выдумают. Там и так народ уже с лица спал и едва сединой не покрылся. Чего только не говорят: и гоблинов, мол, вы десятками клали, сгархов на меч брали, а потом на сгархах же домой ехали, пинками их погоняя.