Онлайн-библиотека книг
Ничего не поняв, я вновь повернулся к ниргалу, ткнул пальцем в труп и спросил:
— Это вы его связали?
Закованный в металл воин со легким скрипом доспехов в очередной раз наклонился, отвечая утвердительно. А я еще больше запутался. Ниргалы не брали пленных — разве что по прямому приказу хозяина. Но ведь сам хозяин — то есть я — в это время мирно спал в сугробе и не мог отдавать приказы.
— А потом он вам надоел, и вы его пристрелили, да? — неуверенно предположил я, окончательно потеряв путеводную нить логики.
Ответив отрицательно, ниргал ткнул пальцем в мертвого шурда, достал из-за пояса металлическую трубку, жестом показал, как втыкает ее в шею гоблина, затем издал хлюпающий сосущий звук, хорошо мне знакомый — с таким вот неприятным хлюпаньем мои железные телохранители высасывали из фляг свою омерзительную серую кашу.
— А? — опешил я, обессилено плюхаясь в снег. — Вы что, сожрали его, что ли? Высосали кровь через трубку?
Ниргал согласно закивал, едва сгибая окутанную кольчугой и пластинами брони шею.
— А каша? — слабым голосом поинтересовался я.
Воин развел руками, показывая, что каша закончилась. Сорвал с пояса флягу и протянул мне вместе с трубкой. Поняв, что именно содержится во фляге, я сдавленно закашлялся и едва выдавил:
— Нет, спасибо — я пока сыт. Кровавыми коктейлями потом побалуюсь как-нибудь. Ну вы, блин, даете… вампиры доморощенные. Ты иди к остальным и готовьтесь к отбытию. Покушайте там чего-нибудь на дорожку…
Вернув флягу с трубкой на пояс, ниргал зашагал обратно к костру, а я ошеломленно встряхнул головой и вернулся к изучению обескровленного трупа.
Обычное облачение гоблинов состояло только из перепоясывающего талию широкого кожаного пояса с многочисленными петлями и карманами. Зимой они одевались в шкуры, обматывая их вокруг ног и рук. Тело прикрывали меховые безрукавки. Серая мрачная одежда из крайне плохо выделанных звериных шкур без малейших претензий на красоту. Защищала бы от холода, и ладно будет.
"Сейчас же можно было предположить, что шурды явно направлялись на праздничную ярмарку или свадьбу и по этому случаю оделись в самое лучшее из того, что смогли найти в своих сундуках. На шеях намотаны тонкие веревки, унизанные разноцветными камнями, разнообразными монетками и позеленевшими от старости медными побрякушками, меховые одежды оторочены по краям яркими птичьими перьями. Да и сама одежда отличалась удивительной чистотой — ни грязных пятен, ни прорех.
