Ледяное сердце Элленхейма

С чего бы ему нарываться на гнев дочери короля? Нет, так поступить он мог только в том случае, если выполнял приказ кого-то, кто стоял выше меня. И этим кем-то мог быть только мой отец!

Я снова и снова вспоминала слова отца, сказанные им тогда, когда арестовали Лотту. «Так будет лучше для всех». Теперь я поняла, что он вкладывал в них совсем другой смысл!"

"Он боялся вовсе не того, что нерландцы могли необоснованно в чём-то нас обвинить. Напротив, он, кажется, знал, что эти подозрения как раз будут обоснованными! И ведь он намекал мне, чтобы в своем расследовании я не проявляла особого рвения.

Он удерживал меня, а я не могла его понять.

Но было ли это лишь его догадками или он точно знал убийцу принца Вегарда?

И ведь по дороге в Даларн король Эйнар говорил о том же самом! И если час назад я скептически восприняла его слова, то сейчас я думала уже совсем по-другому. И теперь я еще больше хотела поговорить с Ансой. Уж мне-то она не станет врать!

Но теперь я не хотела, чтобы наш с ней разговор происходил в присутствии его величества.

Он не должен был пока слышать того, что она могла мне открыть.

На мгновение я подумала, а не стоит ли мне вернуться вместе с Эйнаром в Свеадорф и постараться забыть о своих подозрениях? Потому что правда могла оказаться слишком ужасной. И с этой правдой мне придется что-то делать.

Если Анса назовет мне имя одной из моих сестер, мне придется принять непростое решение. Смогу ли я после этого сделать вид, что ничего не произошло? И смогу ли я пожертвовать Лоттой ради Ритты или Мэрит, или Греты? Которая из сестер смогла решиться на столь страшное преступление? И что толкнуло ее на такой шаг?

Возможно, что принц Вегард поступил с кем-то из них так, как хотел поступить с моей служанкой? Попытался принудить или даже принудил к недостойной связи? В таком случае у нее могла быть причина, чтобы ему отомстить.

Но достаточно ли этого, чтобы ее оправдать? И если я решу промолчать, то как я смогу договориться со своей совестью, если из-за моего молчания Лотту отправят на эшафот?

Думать об этом было невыносимо.

И я попыталась убедить себя, что всё это - не более, чем мои глупые домыслы. Но мое желание поговорить с Ансой никуда не делось. Вот только для начала мне следовало избавиться от общества Эйнара.

И когда мы вышли на улицу, оставив внутри Тарьея с его секретами, я постаралась говорить как можно спокойней.

– Простите, ваше величество, я невольно чувствую себя виноватой за то, что притащила вас сюда.