Ледяное сердце Элленхейма

Я ужинал у себя в апартаментах, когда мне доложили о приходе горничной принцессы. Сердце бешено заколотилось. Я не видел Кайсу уже больше суток. Когда сегодня за обедом я спросил о ней у ее отца, тот ответил холодно и уклончиво. Дескать, чувствует себя не слишком хорошо и пока не выходит из спальни. Но я знал, что крылось за этим ответом. Ее наказали так за то, что она осмелилась пойти против своей семьи.

— Кто-нибудь знает, что вы пришли сюда?

Служанка замотала головой.

— Ее высочество не велела никому говорить.

"

"Это было странно. Одно дело, когда мы виделись с ее высочеством где-нибудь в парке, где были у всех на виду. И совсем другое — встреча наедине в ее апартаментах. И меня беспокоила вовсе не моя, а ее репутация. Можно было не сомневаться, как отнесется к этому король Матиас.

Но куда больше, чем репутация принцессы, меня волновало то, что горничная сказала про лекаря. И про то, что ее хозяйка была сильно бледной, и ее тошнило.

Медлить было нельзя, и я, надев на рубашку камзол, бросился по коридору вслед да служанкой.

Мне казалось, что мы идем слишком неторопливо, и время от времени я обгонял ее, и ей приходилось едва не бежать, чтобы указывать мне путь. Наконец, она вовсе выбилась из сил и остановилась у окна, чтобы перевести дыхание.

— Ступайте за лекарем! — велел я.

Если он вдруг окажется не нужен, его можно будет отослать назад. Но если ее высочеству действительно стало плохо, то его помощь могла оказаться бесценной.

Служанка сказала мне, что дверь принцессы — пятая справа в том коридоре, что шел от оружейного зала.

И чем ближе я подходил к этой двери, тем медленнее становился мой шаг. Я хотел немного успокоиться, чтобы не напугать ее высочество своим видом.

И именно поэтому я услышал голоса раньше, чем дошел до дверей, которые оказались чуть приоткрыты.

— Признайся хотя бы теперь! — в тонком, прерывистом голосе я не сразу узнал голос Кайсы. — Раз уж мы говорим начистоту. Об этом всё равно никто, кроме меня, уже не узнает. Ты же видишь — вердана уже действует.

— Конечно, действует! — прозвучал в ответ другой, более громкий и почти торжествующий, но тоже женский голос. — Чтобы убить Вегарда, ей потребовалось полчаса. На тебя, должно быть, потребуется не больше четверти часа. Но ничего рассказывать тебе я не собираюсь. Всё то, что случилось, касается только принца и меня. И ты никогда об этом не узнаешь.

Возможно, она сказала бы что-то еще, но я уже не мог позволить себе тратить время на то, чтобы услышать ее признание.