Ледяное сердце Элленхейма (СИ)

Быть может, это знак? И я взял на себя смелость распорядиться, чтобы в старом замке затопили печи и камины. Подумал, вдруг вы захотите вернуть королевский двор именно туда?

Он посмотрел на меня, ожидая одобрения или, напротив, упрека. И я кивнул, хотя всё еще не мог поверить в то, что он говорил. Что, если он преувеличил? И даже если старый королевский замок оттаял, то пригоден ли он для жилья? И не будет ли моей королеве в нём неуютно?

— Может быть, ты предпочтешь пока остановиться в том замке, где находился мой двор? — спросил я у Кайсы.

— А уже потом, когда мы убедимся, что старый замок не заледенеет снова…

— Нет, ваше величество! — улыбнулась она. — Если ты не будешь возражать, то я хотела бы, чтобы мы остановились в старом замке.

Я посмотрел на нее с гордостью. Моя храбрая девочка!

Мы миновали лес, и когда дорога вышла на предгорный луг, я не смог сдержать восхищенного вздоха. И такой вздох не смог сдержать не только я.

Старый замок Элленхейма предстал перед нами во всей своей красе. Над башнями развевались флаги, а шпили блестели в солнечных лучах.

Он был именно таким, каким я помнил его с детства. Сильным, неприступным и необыкновенно-прекрасным.

Глава 56. Кайса

Замок был именно таким, каким я его себе и представляла. Он стоял на высоте, и видно его было издалека. Его шпили терялись в облаках, а стекла в окнах блестели в солнечных лучах. Он казался сказочным видением, и когда я только увидела его, то придержала коня.

Так мы и стояли на дороге. И восхищенно смотрела на замок не только я.

Мои спутники тоже словно видели его впервые. Впрочем, большинство из них наверняка уже и не помнили те времена, когда он тоже был таким, и знали его только как глыбу льда, нависавшую над старым городом.

— Это просто невероятно! — прошептал Эйнар. — Он точно такой, каким я его и помнил.

Мы подъезжали к городу медленно, потому что подданные моего супруга (о, как приятно было называть его именно так!) вышли нас встречать. Со всех сторон доносились до нас приветственные крики, и я то и дело улыбалась и кланялась.

Такое внимание было приятно, и я видела, как гордился этим Эйнар. Кажется, он был отличным королем, если народ так его любил.

Правда, на какое-то мгновение улыбка сбежала с моих губ. Это случилось, когда я подумала о том, что ведь когда-то, много лет назад, вот так же торжественно в этот город въезжала моя мама. И, должно быть, ее тоже приветствовали как королеву. А потом Нерландия ее прогнала. Но я тут же одернула себя.