Онлайн-библиотека книг
Он был уверен: если начальник гестапо сказал, что никто не узнает о посещении борделя, то так оно и будет. Ну а короткую вынужденную связь они с Ингой как-нибудь переживут. Это надо для дела.
С улицы Солтес Рейтель поехал на окраину, на улицу Аспарос.
О его появлении Шелестову тут же доложил находившийся на чердаке Коган.
Максим встретил Рейтеля в прихожей. Они пожали друг другу руки, прошли в гостиную. Рейтель закурил:
– Разведку можно организовать примерно в 3.30.
Шелестов удивился:
– Почему так поздно? Вернее, рано?
Ремезов объяснил:
– Потому, что где-то до 2.
– Не понял, где будешь?
– В борделе. Это самое прекрасное алиби.
– Зачем тебе алиби?
– С тех пор как начал функционировать объект, мои передвижения могут контролировать люди бригаденфюрера Айкеля.
– В общем, перестраховываешься.
– Да. Если контролеры есть, то они увидят, что я с начальником гестапо был в борделе. Сидеть всю ночь возле публичного дома они не станут. Успокоятся и уйдут.
Шелестов сказал:
– Но контролеры могли видеть, как ты сейчас приехал сюда?
– Естественно. И в этом нет ничего подозрительного. Я открыто арендовал этот дом. А вот для чего? Пусть ломают голову, хотя можно пару раз привезти сюда Ингу. Но это потом. У вас тут все чисто?
– Да.
– Хорошо. Готовь своих разведчиков, я подъеду, и мы окружной дорогой отправимся в район объекта.
– Ты не сменишь машину?
– Она моя защита. Если меня остановят жандармы, то быстро отстанут, потому что не имеют права осматривать ее.
– Но тогда о нашей поездке могут узнать контролеры бригаденфюрера.
– И что? После пылких утех с проституткой я решил внезапно наведаться на объект.
– А ты на самом деле собираешься туда?
– Придется, Максим. Но это ненадолго. Я высажу вас в безопасном месте, откуда виден объект, и проеду на территорию. Подниму караул, охранную роту или руководство, с этим определюсь на месте. Быстренько проверю и вернусь обратно.
– Надо обдумать вопрос эвакуации. С твоим объектом мы справимся, наведем авиацию, как-нибудь вытащим предателя Грунова. Вопрос: как уходить за линию фронта?
– Есть у меня одна идейка, но ее надо проработать.
– Хорошо, что есть.
