– Ипполит Германович почтительно склонил голову. – Иногда смерть – это не конец, а лишь прекрасное начало. Думаю, мы с вами будем друг другу весьма полезны.
Ольга Эдуардовна подошла к камину, выдернула из стены свой веер и со щелчком сложила его.
– Уверена в этом, – согласилась она.
Глава 24
Старые колодцы
– И что теперь, пойдем к Куприянову? – осведомилась Агата, когда они с Денисом вышли от Татьяны Евгеньевны.
– Хочешь пообщаться с бывшим бандитом, про которого говорят, что он все еще поддерживает связи с местным криминалом? – Денис усмехнулся.
– Успехов!
– Думаешь, он не захочет с нами беседовать? – Агата стянула с руки перчатку и слегка шевельнула пальцами. В ее ладони полыхнуло голубое пламя. – Я смогу его разговорить.
– Нисколько в этом не сомневаюсь. Но Бестужев просил нас соблюдать осторожность и не светить свои способности понапрасну. А общаться по доброй воле Куприянов, конечно же, не захочет. Предлагаю взять с собой Ипполита Германовича, предварительно все ему объяснив. Думаю, эти двое стоят друг друга.
Бестужев сумеет найти с ним общий язык. Как говорится, рыбак рыбака…
– Где говорится? – не поняла Агата.
– Ты что, никогда не слышала этой пословицы? – удивился Чернокнижец.
– Нет…
– И все же, откуда ты к нам приехала?
– Не твоего ума дело, – послышалось в ответ. – Идем к Ипполиту Германовичу."
"Агата и Денис вернулись в особняк, но там уже никого не оказалось. Лишь Лариса занималась уборкой на первом этаже, таская за собой большой пылесос. Увидев их, она состроила недовольную мину, но все же сообщила, что Ипполит Германович и его телохранители уехали на стройплощадку.
Пришлось им отправиться туда же.
Пока они шли по деревне, Денису позвонил Мастер Игрушек. Старый колдун говорил еще более невнятно, каждое слово давалось ему с большим трудом. Похоже, времени до начала восстановления у него оставалось все меньше и меньше.
– Я нашел кое-что интересное, ученик, – проклокотал он в трубку. Денису приходилось напрягать слух, чтобы разобрать слова. – То, что может вам пригодиться… Три жертвы… Все должны быть до двадцати лет от роду.
Подвешены в особом положении и обескровлены. Это дар одному из очень сильных демонов по имени Алакобал, плата за исполнение одного желания. Все должно быть сделано именно так, иначе ничего не получится. Такое практиковали ведьмы в древности, но сейчас я уже давно не слышал о чем-то подобном.
– Жертвы моложе двадцати лет? – переспросил Чернокнижец. Агата шагала рядом, внимательно прислушиваясь к их разговору.
