– Дед много чего велел, – вздохнул Денис. – Но, как показало время, далеко не все его приказы следовало выполнять.
– В прошлом у них с этим колдуном была какая-то темная история, вот дед и старался держаться от него подальше. И что, Мастер Игрушек правда обучает тебя всяким магическим премудростям?
– Да, и он хороший учитель, – не стал отрицать Чернокнижец.
– Мне этого не понять, я магией не владею. Но ты уже и сам взрослый, есть своя голова на плечах.
Нина принесла из-за прилавка потрепанный металлический совок.
Смела на него осколки и высыпала в ведро, стоящее под кассовым аппаратом.
– Ну теперь я здесь, так что готова принимать дела, – объявила она. – Магазин ты слегка запустил, но не переживай. Я тут наведу порядок, все помою и вычищу, тогда можно будет снова лавку открывать. Товара много, я уже проверила, на первое время нам точно хватит. Главное – клиентов не растерять, раз тут было закрыто столько времени.
– Думаю, они вернутся, когда узнают, что магазин снова работает. Некоторые сюда даже из других городов приезжали.
– Вот и славно! А ты заходи, раздевайся. Хоть расскажешь мне обо всем, – предложила Нина.
– Надолго задержаться не смогу, – с сожалением произнес Денис. – Я сегодня уезжаю по делам. Зашел только магазин проверить да забрать то, что в поездке пригодится.
– И надолго уезжаешь?
– Думаю, на пару-тройку дней, а как только вернусь, мы с тобой обо всем поговорим. Сама-то надолго в наши края?
– Ты же меня знаешь, – рассмеялась Нина. – Я то там, то здесь. Но в последнее время уже хочется завести собственный угол, остепениться немного.
Кто знает, может, в Клыково пущу корни. Тут хоть своя квартира имеется, снимать не придется.
Слушая легкую болтовню Нины, Денис вдруг понял, как сильно ему не хватало общения с кем-то родным. Нина всегда ему нравилась, хоть дед и считал ее сумасбродкой. Веселая, бесшабашная, выдумщица. После окончания школы она не пошла учиться дальше и все свободное время посвящала поездкам, вечеринкам, свиданиям – в общем, жила на полную катушку.
Василию Глебовичу это, конечно, не нравилось, он требовал от всех серьезности, но вскоре даже дед понял, что Нину наставлениями не изменить. Она должна была остепениться сама, в свое время и только по собственному желанию. Видимо, именно сейчас это время и наступило.
Теперь она была единственной близкой родственницей Дениса, его родной кровью. И этот мрачный, холодный магазин, столько времени простоявший темным и пустым, неожиданно ожил с ее появлением.
