Он стянул с руки перчатку и осторожно прижал пальцы к холодным шершавым кирпичам, закрыл глаза, сосредотачиваясь, и почти сразу возникло видение. Ведь с момента, когда произошло убийство, прошло не так много времени.
Чернокнижец увидел темную фигуру, висящую вниз головой на этой самой стене. Тело в нескольких местах было пробито ледяными клиньями, будто выросшими из кирпичной кладки. И повсюду была кровь…
– Его держали ледяные колья? – спросила Агата.
Похоже, она видела то же самое.
Денис приоткрыл глаза и украдкой взглянул на нее.
Девчонка стояла с закрытыми глазами. Волосы подобно щупальцам медузы плавно колыхались в воздухе вокруг ее головы, источая бледно-голубое свечение, а пальцы медленно шевелились, будто она пыталась нашарить что-то неосязаемое.
– Никогда в жизни такого не видел, – содрогнувшись, проговорил Черепахин. – Кто-то будто специально наморозил кольев изо льда. Они проткнули его в нескольких местах. А на земле… на снегу под ним… лежал вот такой ледяной осколок с очень острой кромкой.
– Он расставил руки, показывая расстояние около тридцати сантиметров. – Этим его по горлу… Ну вы понимаете.
– Убийца вообще не воспользовался оружием? – удивился Денис. – Только льдом?
– Именно так, – подтвердил прораб. – Вот в таком виде мы его и нашли. Я еще сфотографировал на телефон на всякий случай. Если понадобится, фото вам перешлю. А затем мы сразу Ипполиту Германовичу позвонили…"
"– Фото не понадобится, – сообщила Агата. – Я уже и так увидела все, что меня интересует.
– Лучше удали его, – посоветовал прорабу Ипполит Германович.
– Во избежание неприятностей.
Черепахин тут же вытащил из кармана телогрейки мобильник и выполнил просьбу Бестужева.
– Тело сняли и спихнули в прорубь на реке, – вполголоса добавил Ипполит Германович, взглянув на Дениса. – Думали, до весны не найдут. Но оно примерзло неподалеку от полыньи. Местные рыбаки тем же утром его и увидели. Экая неприятность… Они сразу полицию вызвали, но те решили, что его уже в воде об лед так изрезало… Олухи!
Денис провел кончиками пальцев по кирпичной стене, стараясь не прикасаться к кровавой корке.
Стена и правда источала странный холод. И дело было не в зиме. Нечто подобное он испытал у зеркала в «Замке фарфоровых кукол» – ощущение чего-то нехорошего, темного, таящего смертельную угрозу.
– Местная полиция еще ведет расследование? – спросил Чернокнижец, встряхнув рукой.
– Ведет, но пока безрезультатно, – хмыкнул прораб. – Они тут и правда звезд с неба не хватают.
