Ледяной укус

Защитные кольца опять взломаны. И то, как все происходило… идентично нападению на Бадика.

Ее голос звучал твердо, но с оттенком опустошенности. Не физической усталости, нет – душевной, поняла я. Напряжение и боль из-за того, о чем шла речь. Я всегда считала свою мать в некотором роде бесчувственной смертоносной машиной, но сейчас ей явно приходилось тяжело – тяжело обсуждать столь ужасную, мерзкую проблему. И тем не менее она говорила энергично и без колебаний. Выполняла свой долг.

Я с трудом проглотила ком в горле.

Люди. Идентично нападению на Бадика. Со времени той кровавой бойни мы всестороннее анализировали необычность того, что стригои сумели собрать большую команду и завербовать людей. Мы употребляли выражения вроде «если что-либо подобное когда-нибудь произойдет снова…», но на самом деле всерьез не верили, будто эта группа – убийцы Бадика – вновь пойдет на преступление. Один раз – это, скорее всего, случайность, может, несколько стригоев просто встретились и импульсивно решили организовать набег. Ужасно, но эту идею следует сбросить со счетов.

Теперь ясно, группа стригоев – вовсе не случайный эпизод. Они объединились целенаправленно, сознательно использовали людей в своих стратегических целях – и напали снова. Сейчас вырисовывалась некая общая схема. Стригои активно разыскивали большую группу жертв. Серийные убийства. Магическим защитным кольцам доверять больше нельзя. Даже на солнечный свет рассчитывать нельзя. Люди могут передвигаться в любое время суток, разведывая и подготавливая нападение.

Я вспомнила, как сказала Дмитрию в доме Бадика: «Это меняет все, правда?»

Мать пролистала свой планшет-блокнот.

– Все детали пока неизвестны, однако то же количество стригоев сделать это никак не могло. Никто из Дроздовых или их служащих не спасся. Учитывая, что там было пять стражей, семерых стригоев сумели бы задержать, хотя бы временно, и это дало бы возможность кому-то сбежать. Мы имеем дело с девятью или десятью, по-моему.

– Джанин права, – кивнул Дмитрий.

 – И место действия слишком велико. Семи стригоям не по силам охватить его целиком.

Дроздовы были одной из двенадцати королевских семей. Большой, процветающий клан – не то что Драгомиры, клан Лиссы. И тем не менее нападение такого рода ужасно. К тому же что-то, связанное с ними, ворочалось в моем мозгу, вспомнить бы… что-то я знала о Дроздовых."

"Напрягая память, я одновременно с восхищением наблюдала за матерью. Я слушала, когда она рассказывала свою историю.