И подозреваю, без участников так сказать зачатия мы тут не разберёмся. Тем более, они как раз уже приняли нужную дозу алкоголя, дабы развязать этот морской узел женкой логики и человеческой жадности в одном обширном лице!
Взяв рацию, я позвала:
- Пригласите, пожалуйста, Илью Алексеевича и Михаила Александровича ко мне в кабинет. И Олега Геннадьевича не забудьте, на всякий случай. Тем более, что теперь ему есть, где постоять, определённо…
- Одну минуту, Изабелла Александровна!
Спорить с ещё одним сотрудником по поводу того, как ко мне обращаться в этот раз я не стала.
Зато с каким-то азартом ожидала, когда же в мои родные теперь уже пенаты зайдут будущие родители. Которым ещё предстоит узнать о собственном предполагаемом отцовстве.
Мадам гневно дышала, ходила по кабинету и грозно пыхтела, поминая себе под нос тихим, незлым словом. Её дочь всё ещё переминалась с ноги на ногу и нервно дёргалась при каждом громком звуке, а их, учитывая, что находимся мы ни где-нибудь, а в ночном клубе, было предостаточно.
Как бы при такой-то нагрузке она у нас не родила здесь раньше времени. Что-то я сомневаюсь, что среди работников найдётся кто-то имеющий хотя бы отдалённое представления о родах. А пьяные товарищи рокеры может, и смогут что-то сделать…"
"Только вот как бы ещё и их потом не пришлось откачивать. И самое главное не начать при этом ржать, как самый настоящий конь. Потому что у меня уже губы подрагивают от сдерживаемого смеха, дальше то, что будет?
Долгожданные будущие отцы завалились в кабинет с шумом, гамом и бутылкой виски под мышкой.
И пройдя к моему столу, плюхнулись в кресло, поставив початый алкоголь передо мной, вместе с бокалом и коронной фразой:
- Наливай! Обмоем новую должность!
- Благодарю покорно, Илья Алексеевич, но у нас тут проблема образовалась, - отодвинув алкоголь подальше, я кивком головы указала на мадам, которая всё больше и больше напоминала бомбу.
Которую пытались разминировать молотком и плавно довели её до детонации.
- Эт которая? – недоумённо нахмурился Харлей, оглядев кабинет озадаченным взглядом. Уважаемую Генриетту Сергеевну с её дочей, спрятавшейся за спину матери, он даже не заметил.
- Ну… - я задумчиво постучала кончиком карандаша по губам и хмыкнула. – Илья Алексеевич, а как вы относитесь к детям?
- Эм, лапочка моя отмороженная… А ты что, в декрет собралась? – на меня уставились три внимательных взгляда. Два озадаченно-заинтересованных, один недовольный.
