Еще на Авалоне, когда я обсуждал с торговцем условия нашего договора, зашла речь о новом носителе для пойманной мною души. Тогда представитель Кошек, знакомо ухмыльнувшись, сказал, что с этим не возникнет никаких проблем. Сначала я не понял, а когда объяснили подробнее — ужаснулся, но отступать было поздно.
Все Кошки имели одну внешность и один Фенотип. И глубинный смысл стал ясен только сейчас — все они были потенциальными телами для Инка — или Инков, скрывающихся под маской торговцев. Самое отвратительное заключалось в том, что все кандидаты об этом прекрасно знали и воспринимали как высшую цель своего сообщества.
Понять этого я не мог, но страха в темной глубине Кошки не было — скорее, удовлетворение и странное благоговение, некий священный трепет. Этот человек все понимал и действительно был готов на жертву. Более того, он желал ее! Как один из касты фанатичных жрецов, готовый возлечь на алтарь своего бога. Чем больше подобных секретов открывалось, тем больше я задумывался, сильно ли Кошки отличаются от тех же Святых?
Я достал исцарапанный анимариум, наследство «Вьюги», тот самый, в котором много лет провел Кай.
Сейчас внутри томилась иная душа. Еще раз вопросительно посмотрел на торговца.
— Не тяни, Грэй, — поморщился меркатор, словно прочитав мои мысли, — Умереть просто. На это способен даже маленький котенок. Мы рождаемся и живем ради этого момента. Я помогу тебе.
Он устроился поудобнее на металлическом стуле, достал из рукава белую капсулу, прикрыл глаза и раскусил ее.
Через несколько секунд его сознание медленно погасло, а тело обмякло."
"Я коснулся Десницы, активируя L-поле. Затем из горловины «хранилища душ» серебристой рыбкой выскользнула анима, закружилась по комнате. Я прекрасно видел ее азур-структуру — бесконечно сложную, состоящую из повторяющихся, но уникальных элементов. Анима Кота немного отличалась от виденных ранее — она казалась более плотной и пронизанной необычными темными искорками. Сущность произвольно меняла размер и форму, то растягиваясь длинным шлейфом, то собираясь каплевидным сгустком с непроницаемой сердцевиной.
И ее неосязаемое присутствие, чужой взгляд, эманация чужой воли прекрасно ощущалось в реальности, причем на физическом, а не азурическом уровне.
Значит, он тоже из тех, кто необратимо изменен. Кем или чем — вот большой вопрос. И как со стороны выглядит моя анима, вместившая сотни Инков Первого Легиона?
— Воплощайся! — хрипло сказал я, — Нам нужно поговорить.
