Легенда о слезах двух Лун

Как же она могла всё это забыть?

Прага ничем не отличалась от Парижа. Такие же переполненные торговые улочки, на которых всегда что-то происходит. Небо сияло голубизной, в то время, как выезжая из границ Франции, Мари видела чёрные дождевые тучи. Родина не хотела отпускать её, но другого выбора не было. Она ехала навстречу неизведанному. В чужие края, где её ждала единственная тётушка Бланш. Только ей и матери Мари – Полетте удалось выжить в бедной семье, состоящей из двенадцати детей, десять из которых умерли один за другим в течении последних трёх лет.

Полетта вышла замуж за Корентина – отца Мари – и сразу же стала его марионеткой. Для того времени это было в порядке вещей, поэтому она не могла думать, что что-то может быть иначе. Бланш повезло больше. Она вышла замуж за иностранного купца, родом из Праги. Он её любил и даже больше – делал ради неё всё, что было в его силах. В ответ он получал искреннюю благодарность, уважение и поддержку. Если у Полетты в скором времени родилась дочь – Мари, то Бланш не могла забеременеть очень долгое время. Из-за этого она стала приезжать к сестре и нянчиться с Мари. Она научила её чешскому языку, чтобы та могла гостить у неё. И теперь это сыграло Мари на руку.

Полетта с Корентином, а по большей части главный кукловод семьи, хотели выдать свою, пока что единственную дочь за состоятельного человека. Так они надеялись выйти из собственной нищеты. Мари сразу высказала своё недовольство, от чего и заслужила сильные побои и моральные пощёчины.

–Ты на свет родилась не для того, чтобы рот открывать, тварь! – кричал отец, замахиваясь огромной рукой на хрупкую фигуру девушки, – Ты сделаешь всё, что я тебе сказал!

Мари не оставалось ничего, кроме как послушаться.

Корентин устраивал свидания с разными мужчинами, привлекательность которых была прямо пропорциональна деньгам в их богато сшитых костюмах. А их взгляды… Полные пошлости и голода по молоденьким девушкам. Если их бывшие жёны поумирали от отвращения к собственным мужьям, которых они видели круглые сутки, да ещё и спали в одной постели, Мари бы не удивилась.

–Моя жена трагически умерла, – говорил очередной полный кошелёк, вспотевший от одного невинного вида той, кого видел перед собой, – Но честно сказать, она была той ещё стервой.

После этого он засмеялся, а Корентин только поддержал эту бестактность. Если он так говорил о женщине, с которой был женат, то чести ему это не давало. К огромному разочарованию, именно на этом сальном типе родители и остановились.