Легенда о слезах двух Лун

–Если вы вернётесь сюда, от вас останется только отвратительное существо, состоящее из боли, – Альвиан говорил это громко, чтобы каждый присутствующий услышал его, – Оно будет питаться каждым, кто посмеет подойти ближе дозволенного. А если у меня будет плохое настроение, то вас ждут долгие муки, которые не заканчиваются смертью.

Сжав сильнее челюсть испуганного Йиржи, кости щёлкнули, и мужчина закричал от боли.

–Это в назидание, – закончил высший и встал, – А теперь сделайте так, чтобы я никого не видел здесь.

Вооружённые люди встали, как по команде. Командир взял президента под руку, стараясь унести из Пражского Града. Унде уже был на грани сознания от причинённой ему боли. За воротами Титанов уже собрались журналисты и вестники жёлтой прессы. Они всё фотографировали и пытались вытащить на беседу хотя бы одного полицейского. Но мысли всех были только о том, кто такие беловолосые люди и как они здесь оказались.

Альвиан повернулся к Мари. Он не смотрел ей в глаза, а только указал рукой на вход в замок.

Он знал, что ему предстоит долгий разговор с ней. Высшая удивилась поступку мужчины, но знала, что до такого может дойти. Она вошла в замок молча, разбираясь в собственных чувствах. Император направился на крышу. Солнце оставило свои последние лучи, и тьма расстилала своё тёмное покрывало. В такой обстановке высшему больше всего нравилось медитировать. Медитация сейчас была как-никогда нужна беловолосому мужчине в чёрном плаще.

Свою первую ночь Мари провела вместе с кошмарами.

Беспокойное состояние не оставляло девушку ни на минуту. Она вскакивала с кровати каждый час с выступающим холодным потом, быстрым сердцебиением и ощущением того, что всё вокруг поедается огнём. От страха, что очередной кошмар – реальность, дрожали руки. Не выдержав больше подобной пытки, высшая встала с кровати и вышла на прогулку по комнатам замка. Знакомые очертания дома восстановили спокойствие, и всё, что было в прошлой жизни могло бы остаться во снах. Мари перестала думать об этом, когда увидела сгорбленную фигуру, сидящую в огромном кресле у окна.

Джакуб дремал. Даже в полусонном состоянии его выпадающие брови поднимались вверх. Он причмокивал морщинистым ртом, чтобы хоть как-то увлажнить сухую кожу.

Мари подошла тихо, чтобы не разбудить их старого знакомого. Но старик открыл глаза, когда девушка была напротив него. Небо уже покрывалось оранжевыми полосами, а все улицы Праги скрывались густым туманом.