Легенда о слезах двух Лун

Тело Альвиана ослабло, когда он закончил лечить Мари, и он всем торсом упал рядом с мирно спящей девушкой. Он тяжело дышал и не мог восстановить дыхание. Руки тряслись, как у старика. Прийти в себя ему помог голос, который слабо произнёс:

Альвиан повернул голову к Мари и улыбнулся ей, хоть она и не видела этого. Он медленно перенёс трясущуюся руку на беловолосую голову девушки и наконец-то заснул.

После метаморфозы всё тело ломило, голова трещала по швам от столь большого количества новой информации, которая перевернула всё мировоззрение девушки.

Сейчас всё, что она узнала, не вызывало противоречивых эмоций, как если бы ей сказали об этом несколько дней назад. Мари знала всё о прошлом, но не знала ничего о будущем. Для того, чтобы его узнать, нужно было снова войти в капсулу, а потом снова приходить в себя. Воспоминания о боли остались в памяти Мари, в отличие от воспоминаний об Альвиане, который заснул рядом с ней.

Глаза открывались медленно, стараясь привыкнуть к яркому дневному свету. Тихое, почти не слышимое дыхание, предупредило Мари о ещё одном человеке рядом.

Запах свежих цветов окутывал всё пространство. Окаменевшие мышцы после нескольких резких движений покрылись маленькими шипами. Мари сразу же схватилась за ногу, когда палец перекосило в разные стороны от судороги. Глаза распахнулись, и Мари увидела, покрытое белоснежным одеялом, своё тело. Несколько локонов длинных белых волос, сливающихся с тканью постельного белья, лежали по всей кровати. Мари взяла один локон и провела рукой к его основанию, добравшись до своей болевшей головы. Судорога прошла, и осталось лишь неприятное ощущение от долгого пребывания в неподвижном состоянии.

Мари стала осматриваться. Она сразу же увидела Альвиана, который находился в нескольких сантиметрах от пола в позе лотоса. Хоть Мари раньше и не видела медитирующих людей, она знала, чем сейчас занят высший. Лицо Альвиана было безмятежным. На нём Мари не увидела ни одного недостатка: ни морщины, ни неровного тона кожи. Проведя по своему лицу холодной рукой, Мари подумала, что её пальцы касаются корпуса капсулы, а не человеческой кожи.

Сейчас Мари находилась позади творения высшего и могла разглядеть две надписи, одну из которых Альвиан сделал при ней. Комната была небольшой, как все остальные залы в королевском замке, но интерьер не отличался своей бедностью. Особенно было много цветов, от которых и шёл этот восхитительный запах. Они стояли в огромных золотых вазах, висели возле подсвечников.