Легенда о слезах двух Лун

Король не успел прийти в себя, как высший уже оказался возле трясущегося Вацлава. Мари сидела рядом и диктовала действия. Высший быстро перевернул парня на бок и не отпускал. Крепко завязанный воротник быстро расстегнулся под ловкими движениями Альвиана. Уловив испуганный взгляд Отакара, Мари поспешила его успокоить.

–Всё хорошо. Это сейчас прекратится, и он будет в норме.

Прошло меньше минуты, растянувшиеся на долгие часы для присутствующих. Судороги Вацлава прекратились, осталась только мелкая дрожь. Констанция подошла к своему сыну и стала заботливо убирать платком стекающую изо рта жидкость.

Глаза Вацлава бегали от одного лица к другому, не останавливаясь даже на секунду. Альвиан предложил взять Вацлава на свою лошадь, чтобы в случае подобного припадка он не упал со своего скакуна, как в этот раз.

Высший посадил Вацлава на лошадь, как только тот пришёл в себя. Тело не слушалось королевского сына и ощущалось, как намокшая тряпка. Вацлав заснул на груди мужчины в железной маске. Отакар и Констанция часто посматривали за сыном, боясь повторной судороги.

В последнее время такое состояние стало учащаться. И это не могло не настораживать.

–Это эпилепсия, – Мари ехала по правую руку от Альвиана, – Ты сможешь его вылечить?

–Мне нужно знать из-за чего эта болезнь появляется и что нужно устранить, чтобы вылечить его, – Альвиан говорил тихо, чтобы не разбудить Вацлава.

–Я расскажу тебе. Только ты должен вернуть себе энергию перед этим. Не хочу, чтобы и с тобой что-то случилось.

Альвиан улыбнулся.

Что с ним может случиться, когда в его руках такая сила?

По возвращении в Прагу, Мари, как и обещала, рассказала Альвиану причины эпилепсии. С помощью этой информации высший мог вылечить недуг королевского сына. Когда он находился в состоянии медитации, к нему начали ломиться с другой стороны двери. Это было так неожиданно, что беловолосый мужчина еле успел поставить ноги на землю, предотвратив неудачное падение. Голова заболела. В последние дни он только и делал, что медитировал и лечил Вацлава.

Это оказалось куда сложнее, чем он думал. Ему приходилось долго изучать юношу изнутри, чтобы отыскать очаг. Если с лёгкими Владислава было всё понятно и видно невооружённым глазом, то мозг был для высшего более сложным органом.

Альвиан открыл дверь. За ним стоял мужчина средних лет. От волнения его руки тряслись, а возле висков скопилась небольшая испарина. Беловолосый мужчина успел уловить его мысли:

«Послание! Послание от Константина».