Легендо

Судя по всему, посетители таверны прибыли сюда со всего света. Шагая между столиками, Телла слышала обрывки разговоров на разных языках и отмечала цвета кожи, варьирующиеся от бледного до темного. Выбор одежды также был разнообразен, но почти у всех отмечалась одна общая черта: цилиндры. Неизвестно, носили ли их люди, потому что поклонялись Легендо или потому что хотели сами им быть. Некоторые шляпы имели широкую тулью, другие – узкую и прямую, у некоторых она была изогнутой или намеренно искривленной.

Ряд головных уборов мог похвастаться дерзкими украшениями вроде перьев и вуалей. Телла даже заметила цилиндр с рожками по бокам, а у одной молодой женщины были две миниатюрные розовые шляпки, которые торчали из головы наподобие ушей.

Может быть, именно по этой причине Данте и предпочел скрыться, вместо того, чтобы последовать за ней. Возможно, он завидовал этим людям, которые откровенно поклонялись Легендо. В действительности, Телле вовсе не следовало думать о Данте или гадать, что бы он сказал, если бы был здесь с ней.

"

"Телла скользила взглядом по веселящейся толпе, выискивая, где бы могла быть спрятана подсказка, пока ее внимание не привлекли стоящие в очереди люди. Они выстроились в ряд перед парой черных бархатных занавесок, окаймленных безвкусными золотыми кистями. Выглядел этот занавес слишком броско и кричаще и по-настоящему ничуть не соответствовал характеру Легендо; куда больше он походил на то, как люди воспринимали его образ, который, по ее мнению, сам магистр был счастлив увековечить.

В прошлом Каравале Каспар, актер, исполнивший роль Легендо, представил его поистине потусторонним созданием, но Телле с трудом верилось, что подлинный магистр именно таков.

Хоть ей и не удалось раскрыть его истинную личность, она получала от него письма. Послания его были лишены всяких украшательств; и даже если состояли из одного-единственного предложения, все же она чувствовала пульсацию магии.

Какой бы заманчивой ни была Церковь Легендо, суть того, кому в ней поклонялись, представляла неверно. И каким бы великолепным действом ни был Караваль, распорядитель его был натурой иного склада.

Тем не менее ноги сами несли Теллу к занавесям с кисточками. Очередь нетерпеливо перешептывалась, множество рук поправляли шейные платки и цилиндры, а также пощипывали щеки, чтобы вернуть им румянец.