Среднее между снежным человеком и мусорной крысой. Образина топорщила бурые лохмотья, шевелила клочковатой бородой и покачивалась на ветерке, держась за лакированный косяк черной когтистой лапкой.
— Боже, — произнесла образина слабым голосом. — Родные. Ай вонт рашн посол. Ай эм рашн гражданин.
Посольская сошка клацнула челюстью и растерянно спросила:
— Ду ю спик инглиш?
— Ес, — подтвердила образина, — но очень плохо. Сэр, ай вонт рашн посол, пожалуйста…"
"— Чем могу быть вам полезен, — ошеломленно осведомилась сошка, мужественно пытаясь заслонить некрупным телом родное посольство от неожиданной и неопределенной угрозы.
— Я заблудился, — в ужасе сказала образина, икнула и зарыдала, промывая слезами светлые дорожки на коричневом лице.
Мелкий сошка подумал о провокациях белогвардейцев и эмигрантов, опасливо выглянул в поисках фотокорреспондентов и тихо простонал:
— Господи, почему я…
В окно стоящего у тротуара автомобиля высунулся объектив камеры и зашелестел: съемка!
Сошка подпрыгнул, приосанился, оскалил любезную улыбку и проперхал:
— Очень приятно! Какие проблемы привели вас?.
. — Покосился на камеру и принял позу светского дружелюбия, но руки прижал к бедрам, чтобы посетитель не произвел рукопожатие — от греха подальше.
Посетитель вытер глаза ошметками рукава, высморкался на тротуар (снимает, тоскливо отметил сошка) и сказал вразумительно:
— Товарищ! Я советский гражданин. Я заблудился и попал за границу.
— Как? — идиотски спросил сошка.
— Пешком! — трагически объяснил посетитель.
Журналист чертов или кто он там вылез из машины и приспособился снимать их в профиль.
— Ти-Ви! — приятельски бросил он сошке. — Рашн пипл ар вери интрестинг! Май лак! Совьет тревеллер, йес? Хиппи? Грин пис?
— Пройдемте! — взял на себя ответственность за решение сошка, с отвращением стиснул грязное тощее плечо посетителя и вовлек внутрь.
Посол сошел в холл с каменным лицом закаленного бойца и профессионала. Посетитель оскорблял своей особой жемчужно-серое лайковое кресло. Колени его дрожали в прорехах.
Сигарета в черных когтях осыпала их пеплом. Узрев важную фигуру посла, он встал, колыхнулся на ножках и упал обратно в кресло.
— Я вас слушаю, в чем дело, — с бесстрастностью робота произнес посол.
Посетитель положил окурок в урну и сидя постарался принять стойку «смирно».
— Товарищ, я советский гражданин, — переходя с хрипа на свист доложил он. — По чудовищному недоразумению нарушил границу. Готов понести любое наказание по закону.
