Думаю, будет неплохо, есть наши войдут внутрь.
— Так и сделаем, — согласился Алексей. Он тоже считал, что взглянув утречком на его тяжелую конницу, во дворце сразу поймут, что впереди у них — особенный день. — Действовать начнем в начале четвертой стражи. Хватит нам времени?
— С избытком, — отозвался «специалист по местности» Трогус.
— Первыми выдвинутся твои парни, Скулди. Задача: убрать стражу у ворот, расчистить проход коннице. Не думаю, что эти оболтусы на входе… Кстати, Трогус, что это за вояки?
— Городские когорты, — последовал ответ.
— Сам когда-то мечтал попасть туда. Жалование — в полтора раза больше, чем в легионах. А отслужил три года как положено — можешь и в преторианцы перевестись. Там вообще мёд. Знай императору салютуй да ауреи в кошель складывай.
— По делу говори, — перебил Коршунов своего префекта.
— По делу — трудностей с ними не вижу. Коты кастрированные. Но дорогу расчищать придется не только у ворот, легат. Улицы — тоже. Или ты думаешь, что все эти повозки рождаются прямо по ту сторону ворот?
— Принято, — кивнул Коршунов.
— Расчистка на всем протяжении маршрута. Всех встречных с оружием, вигилов или этих, городских — вязать аккуратно и складывать по обочинам. В последнюю стражу обеспечение порядка в Риме мы возьмем на себя, — добавил он с усмешкой. — Еще ваша задача — полностью перекрыть Палатинский холм. Людей возьми побольше — он здоровенный, этот дворцовый комплекс. И ты слышал, что сказал Трогус: надо обеспечить скрытное проникновение катафрактариев на территорию Палатина.
Скулди хмыкнул:
— Скрытное проникновение тысячи медных котлов, которые тащат на веревке. Ты, должно быть, шутишь, рикс?
— Ничуть. Делай, что хочешь: обматывай коням копыта, неси их на руках, но чтобы утречком прямо под окнами дворца ровными шеренгами стоял мой сюрприз сыночку и его мамочке. Тевд! Позаботься о том, чтобы мои германцы не заплутали!
— Сам с ними пойду, — ответил префект лагеря. — Не беспокойся, легат! Тебе останется только открыть рот и сказать: «Доброе утро, принцепс!».
Глава седьмая
Рим. Палатин. «Доброе утро, принцепс!»
— Доброе утро, принцепс!
Коршунов даже не потрудился спешиться. Оно конечно неуважение к царственной особе. Но если ты намерен выкатить этой особе категорический ультиматум, то к чему глупые церемонии.
— Ты привел в Рим легионеров! — звонкий голос юного императора прозвучал гневно…
И неубедительно.
После тренированного легатского рыка. Но по сути — верно.
