Легионеры

Не грусти, говорит, Эдик, аккурат к Новому году зажжем здесь бенгальские огни, фейерверк устроим в честь праздника, откроем бутылочку «шимпанзе».

Ох, сколько они выжрали в тот день! Эдик облевал всю третью взлетно-посадочную полосу, а Серега даже не рыгнул от немыслимой смеси, которая убивает наповал алкоголика любой нации: грузинское вино, армянский коньяк и русская водка. Правда, ели много. От барана, зажаренного за зданием радионавигационной службы, остались только обглоданные кости. Сергей произнес тост: «На полевое угощение я отвечу полевым огнем высокой интенсивности.

За нас, за вас и за спецназ!»

Но прежде чем нажраться до поросячьего визга, Эдик показал себя высококлассным экскурсоводом. В первую очередь показал по случаю приобретенное списанное табло. Его место по замыслу директора над широкой центральной дверью зала. Марковцев смотрел и слушал очень внимательно.

Под общий зал вылета и прилета были реконструированы несколько смежных помещений. Снос стен и довольно низкого потолка (в ущерб второму этажу, который лишился целого крыла) превратили сложную анфиладу в просторный зал высотой в два света.

Превратить еще и новоявленный железобетонный потолок в прозрачную куполообразную крышу не позволили финансы.

Собственно, почти все службы, способные обеспечить нормальную работу аэропорта, остались от того ведомства, которое раньше называлось аэродромом совместного базирования. Сдавая в аренду площади военного объекта, чиновники в погонах преследовали несколько целей: не получая из бюджета средств для поддержания аэродрома, сохранить его в работоспособном состоянии, произвести капитальный ремонт взлетно-посадочных полос и снимать небольшой процент с арендатора.

А если этому объекту более не суждено стать военным, то через подставное лицо выкупить его по бросовой цене и стать фактическим владельцем отремонтированного аэропорта.

А там хоть и бессистемно, но работал буфет и магазин, служба упаковки багажа, заняли угол продавцы видео– и аудиокассет. Был и скрытый обмен валюты – в кабинете директора частной компании «Север-Платинум».

Самые горячие дни приходились на тот период, когда по каким-либо причинам столичный аэропорт не мог принимать все рейсы в полным объеме. Вот тогда «Северный» – один из резервных аэропортов Грузии, словами Эдика Андриасова, «включал все рубильники». В работу включались таможня, отделение пограничного контроля, санитарно-эпидемический отряд и даже ветеринарная служба, сгоняли с себя вечный сон брандмейстеры.