Надо ли ходить по этим адресам? Возможно, по ним живут уже совсем другие люди, а если все те же, то что она скажет?"
"Придет чужая женщина, станет расспрашивать о давнем горе, копаться в болезненных подробностях. Это ведь только жжется, что время лечит. Вася Слепак вряд ли забыл расстрелянного отца. А Надежда Ивановна Захарова наверняка до сих пор плачет ночами по убитому сыну. «И с чего я взяла, что та история имеет отношение к смерти Мити и Кати, к взрыву коляски, к Волкову и его жене? Какая тут может быть связь?» – спросила она себя и, поднявшись с кресла, стала разбирать дорожную сумку, достала тапочки и большую косметичку.
«Отца Васи Слепака обвиняли в изнасиловании и убийстве нескольких девочек, – думала она, выкладывая на полочку в ванной бутылку шампуня, зубную пасту, мыльницу, – в последнем рассказе Захарова речь идет о несправедливо подозреваемом в изнасилованиях и убийствах. Слепака-старшего расстреляли. Захарова убили. От Тюмени до Тобольска всего ночь езды поездом.
А самолетом – час. Волков родился и жил в Тобольске. Четырнадцать лет назад в парке над Тоболом нашли убитую изнасилованную девочку. Мы той ночью жгли костер, жарили шашлык и пели песни. А тем временем кто-то насиловал и убивал девочку. Совсем рядом… Веня Волков был с нами постоянно…»
Лена повернула кран гостиничного душа и не поверила: сразу полилась горячая вода. Все-таки многое изменилось в этом городе за четырнадцать лет! Быстро раздевшись, она с наслаждением встала под душ.
«Нет, – думала она, смывая с себя дорожную грязь и усталость, – он уходил той ночью. Он исчез на какое-то время. Митя отправился его искать. А потом – пятна крови на светлом свитере. Волков выглядел очень странно, у него был какой-то безумный, блуждающий взгляд. Он сказал, что кровь пошла из носа, что ему совсем нельзя пить… Но ведь он почти не пил той ночью. Почему я так хорошо помню? Может, я путаю, фантазирую?»
Закутавшись в большое гостиничное полотенце и сунув ноги в тапочки, Лена извлекла со дна сумки эмалированную кружку, кипятильник, банку молотого кофе, сахар и маленькую мельхиоровую чашечку, которую многие годы возила с собой в командировки.
Конечно, растворимый кофе в гостиничных условиях сделать проще. Но Лена его терпеть не могла. Кофе должен быть сварен из мелко смолотых, тщательно обжаренных зерен. И пить его надо из маленькой, тонкостей ной чашки. Иначе это кислая бурда, а не кофе.
