Онлайн-библиотека книг
А во-вторых, то, что она рассказала ему про его бывшую девушку, тоже его успокоило – жива, здорова и, судя по всему, еще и счастлива. Дай ей бог!
На перроне мать спросила его:
– От кого сейчас бежишь, сынок?
– От себя, мам, – коротко бросил он, – от себя.
Прокофьич ему обрадовался – это было видно сразу, по глазам. Глянул на подарки и буркнул:
– А это еще зачем? Кто просил?
Но было видно, что и подаркам он рад – во всяком случае, новую рубаху на следующий день надел. Обновил.
А через три месяца он вдруг заговорил, что называется.
Еще одно гореИстория, которую он поведал, была дикая и невыносимая. Прокофьич жил под Москвой, в Люберцах – почти Москва, что говорить. Жил с любимой женой и дочкой. Служил на каких-то складах, сказал коротко: охранял важный объект. Углубляться не стал. Жена работала поварихой в столовой, дочка ходила в школу. И однажды, в два часа ночи, пока он охранял свой важный объект, квартиру вскрыли – скорее всего ломом или другой железякой.
С работы он возвращался рано, в полвосьмого утра уже был в подъезде. Поднялся на свой второй и увидел, что дверь открыта и как-то подозрительно, страшно тихо. Жена вставала рано, провожая дочь в школу и ожидая с завтраком мужа с дежурства.
И он, минуту помедлив, шагнул в квартиру. В свой ад.
Потом было много чего: допросы, следствие. И даже подпал под подозрение. Он, сходя с ума от горя, дал в морду следователю в его же кабинете – после слов, что придется еще и проверить его алиби. От этих слов он начал задыхаться и, крепко вмазав уроду в погонах, тут же рухнул, потеряв сознание."
"Его увезли с инфарктом – это его и спасло. Отвалявшись в больнице, он долго еще болтался по кабинетам, призывая искать убийц.
Нашел их он просто – кто-то обмолвился, что сосед купил телевизор и не дает никому житья – телевизор орет до поздней ночи и не выключается никогда.
