Босс для разведёнки

Аренский, лишенный любых эмоций, восседал на моём рабочем месте. — И?! Начинайте. — Что? — тут же отозвалась я, хотя прекрасно поняла этот взмах хлыста. В мужских глазах появилось недовольство, но я молчала. Этот терминатор почему-то будил во мне всё самое плохое. — Не что, а как? Как вы докатились до такой жизни? Он серьёзно? Или у меня мой мозг тупит и как-то плохо читает между строк. — Говно, — выдал мой рот. После моего импозантного ответа на бездушном лице начальника даже удивление появилось. — Жизнь говно?! — переспросил он.

 — Жизнь прекрасна, а канализации в детском саду говно! Мне бы надо раскаяние изобразить, но я упёрлась взглядом в его лицо и несла полную чушь.

Сейчас я видел её насквозь.

Мы знакомы меньше недели, но я и за меньший срок щёлкал как орешки истинные личности своего окружения, а тут пришлось слегка повозиться. Это всё привычка этой особы отводить от меня взгляд, будто неприятно или тяжело смотреть мне в лицо.

Ева — главный менеджер по продажам некогда модного кафетерия с большой кухней и широким спектром услуг — моего нового бизнес-приобретения.

Уверен, в юности была заводилой всего и вся, красивая, смешная, с высоким хвостом длинных волнистых волос на макушке и очками на маленьком носике. А сейчас зажала себя в тесную коробку социальных отношений и не всегда умело врёт. Хотя чаще неумело.

Но вернёмся к нашим баранам пятничного совещания среди руководителей и их замов.

— Поздравляю! Вас ждут перемены, а именно увольнение.

По залу тут же прокололся шёпот, в котором явно лишь одни проклятия в мой адрес.

Ну пусть … моя душа давно обещана дьяволу. Между персоналом начались переглядывания в поисках самого смелого и активного или просто дурного, кто выступит в защиту рабочего коллектива.

Я же преимущественно следил за реакцией только одного человека. Взмах длинных ресниц и острый голубой взгляд оставил шрам на моём лице. В какой-то момент мне показалось, что Ева сейчас поднимется и пошлёт меня нахуй. Она же отвернулась, принимаясь снова изучать свои руки, сложенные в замок поверх папки с документами.

Но я знаю, как заставить эти глаза смотреть только на меня. Неважно как — с презрением, ненавистью или холодным безразличием.

— Всех после прошу проследовать в отдел кадров для ознакомления с договорами о расторжении, — народ зашевелился, и тогда я бросил «кость». - А вы, Ева Леонидовна, не спешите меня покидать.

Девушка едва успела стул отодвинуть, когда мои слова пригвоздили её обратно.