"Проклятый Лекарь. Род II
Глава 1. Угрозы
Хотелось вырваться и перегрызть глотку Чугуну. Он что, не видел, что я не мог его убить таким ударом? А потом следом переключиться на Огнева и выдавить ему глаза, чтобы эта тварь больше не занималась своими подковерными играми.
Посмотрел на толпу, она пребывала в шоке. На их глазах произошло убийство князя каким-то лекарем. Представляю, как их картина мира разрушилась. Но меня это мало интересовало. Заболел левый глаз. Я почувствовал, как давление от руки учителя стало спадать.
Чугун убрал ладонь и отшатнулся, но быстро взял себя в руки. Он подошел ко мне и поднял за плечо. Пока царила тишина, и только вопли Огнева пытались разжечь толпу, учитель сказал:
— Ивар, это очень плохо. Я сейчас тебя отведу к себе в кабинет, посидишь пока там. А потом мы пойдем к директору, — остановился, посмотрел в мои глаза и так по-отечески сказал: — Что ж ты наделал?
Ничего не ответил. В толпе послышался голосок герцогини:
— Я видела, что Ивар не убивал Ветрова. А еще, как Огнев что-то ему передал в самом начале дуэли, а потом забрал.
Все посмотрели на Виктора. Он стал заикаться и побледнел:
— Я?.. Что?.. Нет! Это ложь! Что ты…
— Не «ты», а «вы», грязный лгун! — громко крикнула Анастасия. — И это манеры в Великой Русской империи? Давай доставай, что ты там спрятал в свой карман.
Какая-то секунда, и Сергей метнулся к Огневу, сжал его плечо и стал хлопать по карманам, а потом достал чистый диск. Зло посмотрел на него и толкнул, отчего тот свалился и упал на задницу.
— Что это такое? — держа в руке артефакт, спросил Чугунцов.
— Я… Это… Но… — пытался найти слова Виктор. Потом сжал кулаки и крикнул: — Это мой Артефакт защиты! Как вы смеете меня обыскивать и в чем-то обвинять?
— Пусть пока полежит у меня, разберемся, что это такое и почему, уважаемая герцогиня заявляет, что она видела, как ты передавал сей предмет Ветрову.
Виктор все так же сидел на своей пятой точке, белый как моль. Я же стоял и смотрел на этот цирк уродов. Локар, мне наплевать, что ты там задумал… Убью Огнева, эта тварь должна сдохнуть!
Чугунцов подошел и повел меня в свой, как он сказал, кабинет.
Солнцева бросала в мою сторону обеспокоенные взгляды и общалась со студентами. Мы отходили с тренировочного поля все дальше, звуки исчезали. Прошагали метров восемьсот или километр и дошли до вагончика.
Учитель достал ключи, открыл дверь. Потом попросил проследовать за ним. Это было крайне уютное место. Я бы, наверное, даже сказал кабинет.
