Лейна

Сына Мастер отослал сопровождать Лорина в оружейную комнату на экскурсию.

Я нетерпеливо ждала вердикта, стараясь не ерзать на стуле. Наконец мастер отложил перочинный ножик и задумчиво уставился на меня.

— Сколько вы хотите получить за эти вещи? — сощурил он глаза.

— Сколько вы готовы за них предложить? — промурлыкала я в ответ.

— Хм-м… а ты не так проста, как кажешься! — довольно усмехнулся гном.

— Не надо комплиментов, уважаемый, я уже краснею!

Гном искренне заржал.

— Ну, хорошо, двадцать два…

— Сорок пять, — нахально улыбнулась я.

— Двадцать… СКОЛЬКО?? Ты же только что сказала сорок!

— Правда? Наверное, оговорилась, — гном облегченно вздохнул, — я имела в виду пятьдесят!

Мастер замолчал и обиженно уставился в мои бесстыжие глаза.

— Не жадничайте, драгоценный! Вы заработаете на этих идеях горы золота! — промурлыкала я.

— Хорошо, тридцать, но это мое последнее слово!

— Скажи, что ты такого наговорила моему сыну, что он ходит, как горном пришибленный, и я добавлю еще десять процентов! — не удержался гном.

Я повторила наш диалог в лицах. Закончив хохотать и утерев выступившие слезы, гном полез в стол за деньгами. Я была искренне довольна. Даже по самым смелым нашим расчетам мы не планировали получить более двадцати двух — двадцати пяти золотых за все, включая золото. Хорошая лошадь стоила пятнадцать — двадцать золотых монет, прикинула я. Живем!

Распрощавшись с Мастером Гарихх’Ашем, послала воздушный поцелуй его смущенному сыну и гордо выплыла за ворота под громкий хохот хозяина дома.

Сориентировавшись на местности, я потащила Лорина вниз по улице. Мальчишка не переставая трещал о разных железках, увиденных во время экскурсии по оружейной комнате. Я невпопад кивала и издавала поощрительные звуки, выглядывая мастерскую ювелира.

Пожилой почтенный гном, принял мои золотые побрякушки, разорившись на восемь золотых монет. Похоже, мы здорово недооценили стоимость моего «наследства». Донельзя довольная, я отправилась в сторону шумной ярмарки.

— Лорин, я, пожалуй, разорюсь тебе на балаган, и пару леденцов на палочке, — довольно помурлыкала я, поглаживая кошелек, как самое дорогое существо.

Мальчишка скосил на меня глаза, подозревая, что я шучу.

— Куплю, куплю, — успокоила я его, — а ты мне лошадь поможешь сторговать! По рукам?

— По рукам! — довольно взвыл пацан. — Тогда пошли сейчас на Живный рынок, а к вечеру в балаган, ага?

— Ага! — согласилась я.