Лейна

 — За столь долгую жизнь мне до лысых демонов опротивел этот официоз.

— Хорошо, — искренне рассмеялась я, — меня зовут Лейна.

— Я помню… ты диали Триона, — задумчиво отозвался беловолосый дроу.

— Ты ошибаешься, — мой голос перешел в мягкое мурлыканье, — я не являюсь чьей-либо любовницей и принадлежу только самой себе!

Вортон бросил на меня быстрый взгляд искоса и мягко улыбнулся:

— Прости моего неразумного правнука… Триону сложно понять, что в любви нельзя действовать силой. И я надеюсь, у него хватит разума отпустить тебя — когда поймет, что любит.

— Отпустить? Разве вы можете отпустить того, кого считаете своей собственностью? Да к тому же — собственностью полезной? Трион никогда не бросит новую игрушку, пока не наиграется… или не сломает! — невесело усмехнулась я. — Да и сам ты — разве отпустил бы?

— Я отпустил. И она никогда не была игрушкой! Отпустил в надежде, что вернется, если любит. Она же обещала! — Вортон мечтательно улыбнулся, а мне показалось, что он сейчас где-то очень далеко… и стало почему-то чертовски завидно.

— Расскажи! Пожалуйста… — не удержалась я.

Беловолосый «юноша» обернулся, рассматривая меня древними, мудрыми глазами. Из васильковых озер на меня глянуло даже не Время — Безвременье… На мгновение стало страшно — пришло понимание того, насколько мы все-таки разные. Вортон улыбнулся, и я облегченно вздохнула.

— Рассказать?.. Впрочем, почему бы и нет? Это было очень давно, тогда я был даже моложе Триона.

У нас шла трехсотлетняя война со Светлым Лесом — сейчас уже могу сказать: последняя за двадцать тысячелетий, уже не столь кровопролитная, как в начале — скорее позиционная, выматывающая все резервы и силы и ослабляющая оба наших народа. Я, тогда еще молодой офицер, возвращался с вылазки в тыл врага. Дело в том, что вся наша семья благодаря частым династическим бракам со светлыми эльфами обладает Магией Леса. Слабенькой, конечно, но вполне достаточной, чтобы обойти эльфийские патрули. Именно в тот день я услышал ее пение впервые… — дроу замер, полностью уйдя в воспоминания. — Такая юная, хрупкая… и такая необычная! Прежде я не обращал внимания на смертных, но в тот момент просто замер, пораженный ее голосом до глубины души. Я влюбился. Не зная ни имени, ни рода…

— А что было потом? — не удержалась я, прерывая затянувшееся молчание ушедшего в себя дроу.