Лейтенант из будущего. Спецназ ГРУ против бандеровцев

Герр Найок делился впечатлениями? А вы из буршей, что ли? – Катрин не слишком воспитанно показала пальцем на старый шрам под негустыми волосами собеседника.

Визе вновь улыбнулся. Загнанный, в распахнутой куртке – под ней изгвазданный мундир лейтенанта-сапера. Готов рисковать, падла. Да, весьма хладнокровный типчик для доктора. И ведь затягивается беседа, затягивается. Немцы осторожно подступают, с машин десяток стволов смотрит, хорошо танк свою дуру не нацелил.

Смотрел испытывающе Визе, осторожно топали сапоги приближающихся солдат. Слева булыжная мостовая, узкий тротуар, справа стена дома. Наверное, мастерская: большое окно в частом переплете, часть стекол разбита…

– Фройляйн, нам есть о чем говорить? – Визе приглашающе кивнул в сторону техники.

Нехорошо. Что-то молчит Евгений. Немца Катрин загораживала собою, но обе докторские ноги на виду.

– …Да чо она делает-то?

Дыхание запыхавшегося сержанта дико отвлекало. Догнал, понимаешь ли, так и сиди спокойно.

Что-то самозарядка дико тяжелой казалась. Внезапный снайпер Земляков лежал на пузе, выставив ствол с дульным тормозом за угол. Мешало все: и пальцы левой руки, что отказывались уверенно поддерживать четырехкилограммовое оружие, и бронежилет, выперший комом и давящий на грудь.

Катерина стояла уверенно, ноги широко расставлены, пустые руки чуть приподняты, ладони расслаблены – издевательски напоминает, что не вооружена. Даже слишком издевательски – еще чуть-чуть и заскачет-запрыгает пятнистым зайчиком с детского утренника.

Как стрелять? Тут шагов тридцать, а немца почти не видно. Только его сапоги, да и те почти заслонены свободными шароварами Катькиного масккостюма.

Мелькнула трусливая мысль отдать винтовку Василию. Может, он вообще ворошиловский стрелок, их обучали…

Совсем спятил Евгений Романович. Твое это дело, и не хрен…

Слабины на спуске отрегулированной СВТ не имелось. Бить в ступню Женька все же не решился.