Лейтенант из будущего. Спецназ ГРУ против бандеровцев

Он чрезвычайно ценен. Ты понимать должна.

– Понимаю. Только вы его убьете. Что вам, покойников мало? В Цитадели лежит десяток. Они возражать не станут – исследуйте. Часть тел Попов заберет, часть вы эвакуируете. Препарируйте, вскрывайте, спиртуйте…

– Не наезжай. Я не по этой части, – обозлился майор. – Но исходя из ценности данного свидетеля, оставить его попросту не могу.

– Фиг он вам чего скажет. У него ни желания, ни возможности. Скорее всего, умрет по прибытии.

– С чего ты взяла? Он же разговаривает, следовательно, не так плох.

– Пойдет. Именно так и никак иначе. Зачем глупости творить? Я с парнем говорила. Он душой остался Там. Верну человека целиком, может, и оклемается. Он, вроде бы, шорник толковый. Нам такие нужны.

– Охренеть. Шорник? Ну, это же все меняет. Тоды, конечно. Ты в своем уме, Катерина? Что за мелкособственническая логика?

– Просто логика, – Мезина ухмыльнулась. – Я забираю человека, взамен пересылаю его показания: подробнейшие, сухо запротоколированные, с моими дополнениями, а также изложенные в свободной мемуарной форме.

– А мой отчет кто сопроводит «правильным комментарием»? – поинтересовался Коваленко.

– Ставим формулировку «в связи со сложившимися обстоятельствами и необходимостью выемки медицинского архива «Horfkucuck» свидетель был переброшен непосредственно к полигону немецкой полевой группы».

– Що? Какой архив? Откуда?

– Архив скромный, – призналась Катрин. – Но подлинный. Передам через Виктора Ивановича.

– У тебя их архив?! – изумился Женька. – И ты молчала?

– Что это я молчала? Была такая версия, обсуждалась.

– Это с Попутным, что ли? – разозлился Коваленко. – Ты с кем работаешь? С ним или с нами?

– Я с вами немцев ловлю. А научно-политические вопросы решаются по иной линии. Что, на мой взгляд, довольно логично.

Помолчали. Логика у изворотливой старшей сержантки, несомненно, наличествовала.

– Вы чего, ребята? – пробормотала Катька. – Ну, невозможно же все сразу объять. У вас активная оперативная работа, горячая фаза, самая передовая, можно сказать. А мы с Витюшей пытаемся связать концы с концами. С прицелом на отдаленное будущее.

– Пакостная ты баба, Катерина. Двуличная, – в сердцах сообщил Коваленко. – Прямо как некоторые, только что упомянутые.

– Не спорю. Циничные мы.