Лейтенант из будущего. Спецназ ГРУ против бандеровцев

Ему отвечали с улицы из автоматов, там урчало, лязгало и вроде как надвигалось…

Противника Женька по-прежнему не видел, и это здорово раздражало. Ставя на боевой взвод ударник фаустпатрона, напомнил:

– Ты за спиной не маячь.

Грабчак кивнул – стоял почти по уставу, винтовка у левой ноги, правда, двумя руками стрелок об оружие опирается. Ну да, тяжеловата ему трехлинейка.

– …Товсь! – донеслось откуда-то сверху, должно быть, с крыши облюбованного эскаэмом дома.

Малость полегчало Землякову. Все ж очень утешительно, когда опытные товарищи о тебе не забывают, следят углом глаза.

Женька ухватил динамо-реактивную «булаву» поудобнее, сжал под локтем, быстро оглянулся: Грабчак втиснулся в нишу подъезда, почти и не видно. Да, в худобе и свои плюсы имеются. И вообще толковый парень, жаль, что совсем не жилец…

…Эх, все-таки не имеется у переводчиков истинно боевого чутья. По лязгу казалось, еще есть секунда в запасе, а вынырнула самоходка из-за изуродованного угла абсолютно неожиданно. Громыхали гусеницы, строчил из-за орудийного щита автоматчик, задирал ствол «штурмгевера» все выше.

Пригнувшись, трусили за «мардером» пехотинцы, смотрели сюда, в переулок…

Постарался товарищ Земляков те вражеские взгляды игнорировать, но, видимо, не совсем получилось. В прицеле качался борт боевого отделения, Женька нажал пусковую кнопку, граната с шипением ушла к цели… Но почему-то ахнуло уже за самоходкой – не попал криворукий переводчик, только стену дома напротив отвратительной дырой изуродовал…

Скорбно выругавшись, Женька швырнул ядовито воняющую трубу, потянулся за вторым «фаустом».

Болели сломанные пальцы, вокруг свистело и визжало: немцев за самоходкой накрыло клубами пыли, палили оттуда наугад, зато густо. Стукнула трехлинейка Грабчака – старался прикрыть огнем товарищ бывший узник, сосредоточенно затвор передергивал. Это правильно, тут без паники нужно. Женька втиснулся в нишу подъезда, зачем-то втягивая под бронежилетом живот, подготовил к выстрелу второе противотанковое приспособление. «Мардер» словно нарочно замер в нерешительности, дразня подставленным боком. Только высунуться и прицелиться было трудновато – пыль осела, немецкие автоматчики строчили прицельно, товарищ Земляков пытался расплющиться в своем ненадежном убежище так темпераментно, что дверная ручка грозила позвоночник сломать. Нужно было оторвать ее, падлу…

…Над бортом самоходки автоматчик больше не показывался, зато «кормовые» германцы вскочили с мостовой, побежали в переулок.